Немецкое выражение «Das Fählein der vier Aufrechten» трудно переводится на русский язык. Оно значит: «Отрядик (или небольшая боевая группа) четырех стойких».
Так назвала себя и своих друзей Клара Цеткин в 1919 году, когда Карла Либкнехта, Розы Люксембург, Франца Меринга уже не было в живых, когда из «четверки стойких» она осталась одна.
Что же объединило этих людей, выделяя их в рядах германских социал-демократов, в партии, в которой они действовали на протяжении многих лет?
Итак, отныне Революция пришла в соприкосновение с Европой, со всем, можно сказать, миром. Ее армии переходят границы. Но что совершит она вне Франции? Какую организацию даст она народам? Какую реальную, серьезную помощь найдет она у них? В чем тайна немецкой души, английской души? Какое влияние окажут на народы события, развертывающиеся и подготовляющиеся во Франции?
Как отнесутся эти народы к суду над королем, возможно, к его казни? Обновляя вселенную, столкнется ли Революция с непокорной и непримиримой силой или, напротив, пробудит явное сочувствие, или же она вызовет противоречивые усилия, неопределенные и смутные, неясное движение, препятствующее ее и сопротивляющееся ей? Что в действительности думает мир о нашей Революции? Грозный вопрос, вопрос жизни: сможет ли Франция с помощью рычага, который она держит в руке, поднять человеческие массы?
Или этот рычаг сломается и всеобщее рабство вновь обрушится всей своей тяжестью на изнемогшую страну-освободительницу? Вот о чем, несомненно, спрашивали себя революционеры в конце 1792 г. Вот та тревога, которая, несмотря на опьянение первыми победами, несомненно, омрачала мысли многих людей. Великий взлет надежды, казалось, все взбудоражил и всем завладел.
В своем рассказе о ходе войны я коснулся русской революции и влияния, оказанного ею на войну. Но независимо от этого влияния революция сама по себе была событием огромной важности, уникальным в истории. Хотя эта революция была первой революцией такого типа, она вряд ли долго будет оставаться единственной, ибо является вызовом другим странам и образцом для многих революционеров во всем мире.
Она заслуживает поэтому тщательного изучения. Она, безусловно, была важнейшим следствием войны, но при этом наименее предвиденным и наименее желанным для правительств и государственных деятелей, которые развязали войну. Возможно, правильнее было бы сказать, что революция была делением исторических и экономических условий, господствовавших в России, которые вследствие потерь и страданий, причиненных войной, быстро привели к возникновению кризиса и которые использовал великий ум и гений революции Ленин.
Александр Федорович Керенский — ключевая фигура в истории Февральской революции 1917 года. Едва ли кто другой из первых лиц государства когда-либо пользовался таким всеобщим обожанием, как Керенский в первые месяцы после свержения царского режима. С его именем связывали надежды на демократическое обновление России, на превращение страны в процветающее, свободное государство. Но надеждам этим не суждено было сбыться, и очень скоро всеобщее обожание сменилось столь же всеобщей ненавистью к премьеру Временного правительства. В советской историографии образ Керенского неизменно рисовался в самом карикатурном виде. Между тем и его личность, и та роль, которую он сыграл в истории русской революции, заслуживают пристального внимания и более чем поучительны. О судьбе Керенского и о крушении «эпохи надежд» рассказывается в новой книге серии «Жизнь замечательных людей».
Эта книга рассказывает о Желябове, его жизни и его борьбе.
Хотя она написана как историко-биографическая повесть, в ней нет вымышленных лиц или надуманных фактов и даже скупые диалоги позаимствованы из отрывочных свидетельств современников или официальных материалов.
Свидетельства противоречивы, как противоречивы всякие мемуары. Не многие из них повествуют о Желябове. Ведь те, кто стоял к нему ближе, погибли раньше его, вместе с ним или несколько позже и не успели оставить своих воспоминаний. Те немногие, кто дожил до поры, когда стало возможным вспоминать вслух, многое забыли, растеряли в одиночках Шлиссельбурга, в карийской каторге, кое-что спутали или осветили субъективно. А материалы царских судов тенденциозны, да и подсудимые не всегда говорили палачам всю правду.
В. Прокофьев тщательно собирал эти крохи, сравнивал их, отбрасывал одни, принимал другие, но ничего не прибавлял от себя, разве только старался передать переживания героев, которые никто не фиксировал, но без этого и не могло бы быть книги о замечательном, гордом и увлекающемся человеке, стойком и заблуждающемся, но несгибаемом революционере — Андрее Ивановиче Желябове.
Автор книги рассказывает об известном революционере большевике Иосифе Федоровиче Дубровинском (1877–1913). В книгу включено большое количество фотографий.
Мария Ульянова, сестра В. И. Ленина, один из старейших деятелей Коммунистической партии. Вся ее жизнь принадлежала партии, революции. Агент «Искры», ответственный работник «Правды», один из организаторов рабкоровского движения в нашей стране, заведующая Бюро жалоб при Комиссии советского контроля — таков путь этой замечательной женщины.
Книга посвящена Тирадентису (1748 - 1792), руководителю революционного движения в Бразилии в 80-х гг. XVIII в., известного под названием “Инконфиденсия Минейра” или “Заговор в Минас-Жерайсе”.
Один из первых русских марксистов, друг Ленина и Крупской, Виктор Курнатовский более полжизни провел в тюрьмах и на каторге, в ссылке и в изгнании. Сломленный тяжелой болезнью, он не дожил до торжества рабочего дела, которому отдал все силы, знания, жизнь. Книга Г. Волчека и В. Войнова - первая художественно-документальная биография замечательного революционера-большевика.
Документальная биография революционера Юрия Петровича Гавена.