Эта книга о тех, кто в октябре 1917 года возглавил вооруженное восстание в Москве. В ней помещены очерки о Г. А. Усиевиче, В. П. Ногине, И. А. Пятницком, Л. А. Лисиновой, И. И. Скворцове-Степанове, Е. М. Ярославском и других. В книгу включены также оригинальные документы и воспоминания героев Московского восстания.
Некоторые материалы публикуются впервые. Книга иллюстрирована. Рассчитана на массового читателя.
В один из московских букинистических магазинов пришла пожилая женщина.
— После мужа осталась большая библиотека, — обратилась она к директору. — Может, что-нибудь подойдет для вашего магазина? Правда, у меня уже были из двух крупных государственных хранилищ, многое забрали себе…
Действительно, когда товаровед Владимир Никифорович Алексеев прибыл по адресу, который оставила женщина, он почти ничего интересного для своего магазина не нашел.
Уже прощаясь с хозяйкой, он обратил внимание на разные ненужные бумаги, сложенные в коридоре. Чутье опытного букиниста подсказало: этот завал надо внимательно просмотреть.
1987 год войдет в историю советского многонационального государства как год 70-летия Великой Октябрьской социалистической революции. За семь десятилетий Страна Советов прошла большой и славный путь. «Под руководством Коммунистической партии одержаны всемирно-исторические победы. Последовательно выражая интересы рабочего класса, всех трудящихся, вооруженная марксистско-ленинским учением, богатейшим опытом революционной борьбы и социалистического строительства, КПСС уверенно ведет советский народ курсом коммунистического созидания и мира»¹.
70-летие Великого Октября — наш большой праздник. В Обращении к советскому народу, принятом Центральным Комитетом Коммунистической партии Советского Союза к этому юбилею, отмечается: «Наша революция — самое выдающееся событие XX века, возвестившее начало новой эры в жизни человечества. Время глубоко раскрыло ее непреходящее значение, высветило гигантские возможности, которые открывает социалистическое общественное развитие».
Двухтомный труд известного французского историка и журналиста посвящен героической борьбе испанского народа против внутреннего и международного фашизма. Книга содержит большое количество документальных фотографий.
В очередном выпуске «Историко-философского ежегодника» представлены результаты новых исследований, проведенных учеными нашей страны. Они охватывают широкий круг проблем: историю и современное состояние марксистско-ленинской философии, историю домарксистской западной философии, историю отечественной философии.
В «Ежегоднике» также публикуются новые тексты и переводы: трактат Сенеки «О постоянстве мудреца», тексты Фр. Суареса и др.
Петровская эпоха открывает собой новую страницу в истории русского искусства. В гравюре создание нового стиля было продиктовано прежде всего практическими нуждами государства. С самого начала 18 века резко меняется ее роль в общественной жизни страны.
Прекрасно сознавая просветительные и познавательные возможности этого вида искусства, Петр I поставил перед граверами новые задачи, которые определялись всем направлением и смыслом его реформ: гравюра должна была утверждать в художественных образах достижения России, прославлять ее военные победы, увековечивать праздники и фейерверки, иллюстрировать научные книги. Вместе с новой светской тематикой, которой придается государственное значение, меняется и вся изобразительная система. Отныне взор художника должен быть обращен к тому, что он видит вокруг себя — к человеческим деяниям на земле.
История гравюры в Европе начинается в 15 веке одновременно в нескольких странах. Однако развитие ее шло по-разному. Различна была и роль гравюры в искусстве той или иной страны. На севере в творчестве каждого немецкого художника, особенно первой половины 16 века, она занимала значительное, подчас главное место*.
В истории немецкого искусства гравюра наряду с живописью определяет стиль Возрождения. Знаменитый «Апокалипсис» Дюрера по эмоциональной силе, страстности и философской глубине стоит в одном ряду с крупнейшими творениями мастеров Северного Возрождения. Причины интенсивного развития гравюры в Германии в 15—16 веках и большого интереса, который появился к ней в самых разных слоях общества, были обусловлены изменениями в социальной, экономической, политической и духовной жизни страны. Развитие капитализма и возникновение буржуазных отношений пришли в резкое столкновение со старыми традициями.
В истории западноевропейской гравюры Франции принадлежит одно из ведущих мест. В своем развитии французская школа выдвинула целый ряд художников-граверов мирового значения. Однако на отдельных этапах истории развития печатной графики значение Франции среди других стран различно. В эпоху Возрождения в 15 — 16 веках, когда западноевропейская гравюра достигает высокого расцвета в Италии, Германии и Нидерландах, Франции на этом поприще принадлежит скромное место.
Гравюра во Франции появилась сравнительно рано, в конце 14 — начале 15 века. Ее рождение было связано с целым рядом причин, характерных для и других стран: развитием просвещения, книжного дела и необходимостью упростить труд миниатюристов. Гравюра существует в виде книжной иллюстрации либо в виде отдельных листов с изображениями святых, евангельских и библейских сцен из различного рода календарей, а также картинок исторического и морализирующего содержания. Колыбелью французской графики были монастыри герцогства Бургундского, расположенного на северо-востоке страны. Здесь, по соседству с аббатством Клюни, была найдена самая ранняя печатная форма, так называемая доска Прота, гравированная около 1379 года, с изображением центуриона и двух солдат — фрагмента большой композиции «Страсти господни».
Около середины 15 века в Италии возникает искусство резцовой гравюры на металле, и почти одновременно приобретает художественную ценность ремесленная гравюра на дереве. Появившаяся на свет несколько позднее, чем в Северной Европе, итальянская гравюра при этом развивается полностью самостоятельно. Ее мастера, родившиеся и сформировавшиеся в культурном климате раннего Возрождения, хотя и не обладали с первых шагов технической виртуозностью своих немецких и нидерландских товарищей по профессии, зато сразу же обратились к самым передовым художественным проблемам, обусловленным исканиями итальянского гуманизма и высоким уровнем развития живописи и скульптуры в Италии 15 века.
Двойная связь нового нарождающегося искусства с народным творчеством и художественной культурой раннего Ренессанса, переживающей в это время свой первый яркий расцвет, предопределили его высокое качество.
В начале 18 века французская гравюра идет по пути, проложенному ей 17 веком*. Воспроизводя в гравюре живописные произведения, граверы имели для своей работы лишь те картины, которые были одобрены Академией и кроме исторических, мифологических сюжетов и портретов редко какие-нибудь иные произведения считались достойными внимания.
Связь граверов начала 18 века со своими предшественниками особенно сильна в области портрета, представляющего собой высшую ступень развития резцовой гравюры. Оригиналами для граверов все так же служат произведения живописцев Н. де Ларжильера, Н.-Н. и Ш.-А. Куапелей и главным образом Г. Риго, портреты которого пользовались наибольшей популярностью. Внешняя помпезность портретов Риго сочетается с реалистической характеристикой изображенного лица. Он принадлежал к числу тех художников, которые особенно ревностно относились к гравированию своих произведений.
Для художника было большой удачей, что на его пути встретились исключительно талантливые граверы — три представителя династии Древе — отец, сын и племянник. Пьер Древе-отец, который следовал советам Риго, выполнил портреты Людовика XIV во весь рост в горностаевой мантии, кардинала де Флёри, Робера де Котта и других.