В статье проводится сравнение официальной статистики регистрируемой и расследованной имущественной преступности в сфере интернета и телекоммуникационных технологий с результатами виктимизационных опросов 2018 и 2021 гг. Оба источника данных демонстрируют, что в России в период пандемии COVID-19 возросло число имущественных преступлений, совершаемых удаленно через компьютерные или телефонные сети. После оценки результатов виктимизационного опроса выяснилось, что масштабы явления в официальных данных сильно занижены. Это объясняется как высокой латентностью явления (больше половины людей, рассказавших в опросах о материальном ущербе, не заявляли в полицию), так и искусственной латентностью, когда регистрируется менее пятой части заявлений. В результате исследования автор приходит к выводу, что в России официальные данные об имущественной преступности лишь частично отражают масштабы нового тренда на замещение «традиционных» краж и face-to-face мошенничества такими же типами хищений, но совершаемыми онлайн.
Идентификаторы и классификаторы
- SCI
- Социология
Российский случай не стал исключением. На официальных статистических данных по динамике преступности в сфере информационных технологий отечественные криминологи уже частично описали этот тренд, преимущественно на данных по 2020 г. [Хоменко, 2021: 144—145; Дворянкин, 2022: 19—20]. Опросные данные также фиксируют рост онлайн-преступности в пандемию: сравнение двух волн виктимизационного опроса россиян, проведенных Институтом проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге в 2018 и 2021 гг. (далее RCVS‑2018 и RCVS‑2021), показывает, что произошел рост «удаленных» 2 имущественных преступлений (то есть совершенных через интернет или телефон) [Кнорре, Титаев, 2018; Серебренников, Титаев, 2022]. Исследование, как мы покажем ниже, фиксирует важный факт: распространенность совершенных онлайн или по телефону случаев мошенничества и краж приводит к тому, что россияне становятся все более чувствительными к этой категории противоправных действий: выросла в три раза доля тех, кто ощущает себя жертвой таких преступлений, не понеся никакого имущественного ущерба.
Если у вас возникли вопросы или появились предложения по содержанию статьи, пожалуйста, направляйте их в рамках данной темы.
Список литературы
1. Веркеев А. М., Волков В. В., Дмитриева А. В., Кнорре А. В., Кудрявцев В. Е., Кузнецова Д. А., Кучаков Р. К., Титаев К. Д., Ходжаева Е. А. Как изучать жертв преступлений? // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2019. № 2. С. 4-31. DOI: 10.14515/monitoring.2019.2.01 EDN: SKWVLR
2. Виктимологическая характеристика региональной преступности и ее предупреждение / под. ред. проф. А. Л. Репецкой. М.: Academia, 2009.
3. Гилинский Я. И. Криминология. Курс лекций. СПб.: Питер, 2002. EDN: TWLAIT
4. Горяинов К. К., Исиченко А. П., Кондралюк Л. В. Латентная преступность: опыт теоретического и прикладного исследования. М., 1994.
5. Горяинов К. К., Овчинский В. С., Кондратюк Л. В. Улучшение взаимоотношений граждан и милиции. Доступ к правосудию и система выявления, регистрации и учета преступлений. Научный доклад. М., 2001.
6. Дворянкин О. А. Интернет-кражи - новые информационные технологии Интернета? // Annali d’Italia. 2022. Vol. 28. No. 2. P. 15-22. EDN: SAMLDD
7. Жижин Л. А., Кнорре А. В., Кучаков Р. К., Скугаревский Д. А. Издержки российского общества от преступности: измерение с помощью компенсирующего изменения дохода // Прикладная эконометрика. 2023. Т. 69. С. 91-120. EDN: CBYOWE
8. Жмуров Д. В., Коробеев А. И., Протасевич А. А. Кибервиктимология. Первое национальное исследование // Российский следователь. 2022. № 11. С. 49-59. EDN: JBBUHT
9. Жмуров Д. В. Цифровая кража: понятие, содержание, жертвы и их классификация // Всероссийский криминологический журнал. 2023. Т. 17. № 1. С. 35-43. EDN: LYJXUL
10. Иншаков С. М. Исследование преступности: проблемы методики и методологии. М.: ЮНИТИ-ДАНА; Закон и право, 2012.
11. Кнорре А., Титаев К. Преступность и виктимизация в России. Результаты всероссийского виктимизационного опроса: аналитический обзор СПб.: ИПП ЕУСПб., 2018. https://enforce.spb.ru/images/analytical_review/irl_rcvs_memo_29.10.pdf (дата обращения: 18.02.2024). EDN: KWBOMG
12. Латентная преступность в РФ в 2001-2006 /под ред. С. М. Иншакова. М., 2007.
13. Лунев В. В. (2005) Преступность XXI века: мировые, региональные и российские тенденции. М.: Волтерс Клувер.
14. Серебренников Д., Титаев К. (2022) Динамика преступности и виктимизации в России 2018-2021 гг. Результаты второго виктимизационного опроса. СПб.: ИПП ЕУСПб. URL: https://enforce.spb.ru/images/rcvs_2021_block_online.pdf (дата обращения: 18.02.2024). EDN: WTIMHY
15. Ходжаева Е. А. (2023) “Удаленные” имущественные преступления в России: уровень виктимизации населения и официальная статистика // Российское общество сегодня: ценности, институты, процессы: материалы Всероссийской научной конференции XVII Ковалевские чтения (16-18 ноября 2023 года) / отв. ред.: Н. Г. Скворцов, Ю. В. Асочаков; Санкт-Петербургский государственный университет. СПб.: Сциентиа. С. 402-405. URL: www.soc.spbu.ru/images/nauka/kovalevskie/%D0%A1%D0%B1%D0%BE%D1%80%D0%BD%D0%B8%D0%BA_2023.pdf (дата обращения: 18.02.2024). EDN: FFGMAN
16. Хоменко А. Н. К вопросу о виктимизации жертв киберпреступлений // Виктимо-логия. 2021. Т. 8. № 2. 143-148.
17. Baier D. (2020) Kriminalität während des Corona- Lockdowns. Empirische Befunde auf Basis einer Dunkelfeldbefragung im Kanton Zürich. Kriminologie. Vol. 2. No. 3. P 444- 466. DOI: 10.18716/ojs/krimoj/2020.3.4
18. Buil-Gil D., Miró- Llinares F., Moneva A., Kemp S., Díaz-Castaño N. (2021) Cybercrime and Shifts in Opportunities during COVID-19: a Preliminary Analysis in the UK. European Societies. Vol. 23. No. sup1. P. S 47-S 59. DOI: 10.1080/14616696.2020.1804973 EDN: RFGEYA
19. Button M., Cross C. (2017) Technology and Fraud: The ‘Fraudogenic’ consequences of the Internet revolution. In: Maguire M., Holt T. (eds.) The Routledge Handbook of Technology, Crime and Justice. London: Routledge. P. 78-95.
20. Caneppele S., Aebi M. (2019) Crime Drop or Police Recording Flop? On the Relationship between the Decrease of Offline Crime and the Increase of Online and Hybrid Crimes. Policing: A Journal of Policy and Practice. Vol. 13. No. 1. P. 66-79. DOI: 10.1093/police/pax055
21. Farrell G., Birks D. (2018) Did Cybercrime Cause the Crime Drop? Crime Science. Vol. 7. Art. 8. DOI: 10.1186/s40163-018-0082-8
22. Furnell S. M. (2002) Categorising Cybercrime and Cybercriminals: The Problem and Potential Approaches. Journal of Information Warfare. Vol. 1. No. 2. P. 35-44.
23. Grabosky P. N. (2001) Virtual Criminality: Old Wine in New Bottles? Social & Legal Studies. Vol. 10. No. 2. P. 243-249. DOI: 10.1177/a017405 EDN: JPRWYH
24. Hardyns W., Schokkenbroek J. M., Schapansky E., Keygnaert I., Ponnet K., Vandevive C. (2022) Patterns of Crime during the COVID-19 Pandemic in Belgium. In: COVID-19, Society and Crime in Europe. Cham: Springer. P. 239-258.
25. Hawdon J., Parti K., Dearden T. E. (2020) Cybercrime in America amid COVID-19: the Initial Results from a Natural Experiment. American Journal of Criminal Justice. Vol. 45. P. 546-562. DOI: 10.1007/s12103-020-09534-4
26. Irvin-Erickson Y., Ricks A. (2019) Identity Theft and Fraud Victimization: What We Know about Identity Theft and Fraud Victims from Research- and Practice-Based Evidence. Center for Victim Research. URL: https://www.ojp.gov/ncjrs/virtual-library/abstracts/identity-theft-and-fraud-victimization-what-we-know-about-0 (accessed: 18.02.2024).
27. Johnson S. D., Nikolovska M. (2022) The Effect of COVID-19 Restrictions on Routine Activities and Online Crime. Journal of Quantitative Criminology. DOI: 10.1007/s10940-022-09564-7
28. Kemp S. (2020) Fraud against Individuals in the Internet Era: Trends, Victimisation, Impact and Reporting. Doctoral Thesis. URL: https://www.tdx.cat/handle/10803/671164#page=1 (accessed: 18.02.2024).
29. Kemp S., Miro-Llinares F., Moneva A. (2020) The Dark Figure and the Cyber Fraud Rise in Europe: Evidence from Spain. European Journal on Criminal Policy and Research. Vol. 26. No. 3. P. 293-312. EDN: UCTOVY
30. Kennedy J. P., Rorie M., Benson M. L. (2021) COVID-19 Frauds: An Exploratory Study of Victimization during a Global Crisis. Criminology & Public Policy. Vol. 20. No. 3. P. 493- 543. DOI: 10.1111/1745-9133.12554 EDN: FUBMKO
31. Khweiled, R., Jazzar, M., Eleyan, D. (2021). Cybercrimes during COVID-19 Pandemic.International Journal of Information Engineering & Electronic Business, 13(2): 1-10,. DOI: 10.5815/ijieeb.2021.02.01 EDN: ZJKWOL
32. Kumar M. (2021) Mobile Forensics - Tools, Techniques and Approach. In: Curran K., Ijeh A. C. (eds.) Crime Science and Digital Forensics. A Holistic View. Boca Raton, London, New York: CRC Press, Taylor & Francis. P. 102-116.
33. Miro-Llinares F., Moneva A. (2019) What about Cyberspace (And Cybercrime Alongside It)? A Reply to Farrell and Birks “Did Cybercrime Cause the Crime Drop?”. Crime Science. Vol. 8. Art. 12. DOI: 10.1186/s40163-019-0107-y
34. Penney T. (2013) Dark Figure of Crime (Problems of Estimation). In: Albanese J. S. (ed.) The Encyclopedia of Criminology and Criminal Justice. John Wiley & Sons. DOI: 10.1002/9781118517383.wbeccj248
35. Reep-van den Bergh C. M., Junger M. (2018. Victims of Cybercrime in Europe: A Review of Victim Surveys. Crime Science. Vol. 7. Art. 5. DOI: 10.1186/s40163-018-0079-3
36. Semukhina O. (2014) Unreported Crimes, Public Dissatisfaction of Police, and Observed Police Misconduct in the Volgograd Region, Russia: A Research Note.International Journal of Comparative and Applied Criminal Justice. Vol. 38. No. 4. P. 305- 325. DOI: 10.1080/01924036.2013.872690 EDN: FPAWOY
37. Skogan W. G. (1975) Measurement Problems in Official and Survey Crime Rates. Journal of Criminal Justice. Vol. 3. No. 1. P. 17-31.
38. Skogan W. G. (1977) Dimensions of the Dark Figure of Unreported Crime. Crime & Delinquency. Vol. 23. No. 1. P. 41-50. EDN: JQSILR
39. Tarling R., Morris K. (2010) Reporting Crime to the Police. The British Journal of Criminology. Vol. 50. No. 3. P. 474-490.
40. Tcherni M., Davies A., Lopes G., Lizotte A. (2016) The Dark Figure of Online Property Crime: Is Cyberspace Hiding a Crime Wave? Justice Quarterly. Vol. 33. No. 5. P. 890-911. Wall D. S. (2007) Cybercrime: The Transformation of Crime in the Information Age. Cambridge: Polity.
41. Wall D. (1999) Cybercrimes: New Wine, No Bottles? In: Davies P., Francis P., Jupp V. (eds.) Invisible Crimes. London: Palgrave Macmillan. DOI: 10.1007/978-1-349-27641-7_5
42. Wall D. S. (2001) Cybercrimes and the Internet. In: Wall D. S. (ed.) Crime and the Internet. New York: Routledge. P. 1-17.
43. Weulen Kranenbarg M. (2021) Cyber-Dependent Crime versus Traditional Crime: Empirical Evidence for Clusters of Offenses and Related Motives. In: Cybercrime in Context: The Human Factor in Victimization, Offending, and Policing. Cham: Springer. P. 195- 216.
44. Ziccardi G. (2021) Law Enforcement Agencies in Europe and the Use of Hacking Tools During Investigations. Some Legal Informatics, Civil Rights and Data Protection Issues. In: Curran K., Ijeh A. C. (eds.) Crime Science and Digital Forensics. A Holistic View. Boca Raton, London, New York: CRC Press, Taylor & Francis. P. 87-101.
Выпуск
Другие статьи выпуска
Рецензия написана на книгу британского интеллектуала Дэвида Рансимена, посвященную размышлениям о будущем людей в эпоху искусственного интеллекта и больших данных. В своих рассуждениях он опирается на теоретические конструкции Томаса Гоббса о государстве как Левиафане и переносит их на тренды развития современного общества. Главный аргумент Рансимена заключается в том, что сегодня мы не наблюдаем ничего фундаментально нового, поскольку процесс отчуждения власти от человека и ее передачи внешним субъектам продолжается на протяжении нескольких сотен лет. Понятийный аппарат остался прежним, трансформация коснулась только субъектов - если раньше это были государства и корпорации, то теперь им на смену приходит искусственный интеллект.
Статья описывает результаты эксперимента по использованию метода неоконченных предложений в изучении проблематики героизма среди старшеклассников. На основе большого эмпирического материала (анкет более 10 тыс. школьников Ленинградской области) автор анализирует коммуникативную и когнитивную адекватность использованных неоконченных предложений, рассматривает специфику административного контекста выборки и его влияние на данные, уделяя особое внимание качеству полученных данных. Автор приводит структуру понятий «герой нашего времени» и «антигерой нашего времени» в представлениях школьников, пирамиду обобщений, а также предлагает типологию героев и антигероев, сформированную на основе смысловых магистральных характеристик, выделенных в процессе анализа эмпирических данных. В основе предлагаемых типов преимущественно лежит социальная функция героя и антигероя нашего времени. По итогам проведенного анализа автор работы заключает, что неоконченное предложение о герое нашего времени является рабочим инструментом для определения структуры понятия, который позволяет получать содержательный материал с допустимым количеством иррелевантных ответов.
В статье представлены результаты онлайн-опроса 1966 родителей школьников из нескольких регионов РФ, проведенного в ноябре - декабре 2022 г. с целью разработки опросника учебно-организационной самостоятельности и оценки его качества. Полученный опросник включает 20 вопросов и обладает высокой внутренней согласованностью и конструктной валидностью. Результаты исследования показали, что он может быть использован для оценки уровня учебно-организационной самостоятельности учеников до 6 класса включительно. Наиболее однородными по уровню развития учебно-организационной самостоятельности являются группы 1-2 и 3-6 классов. Девочки в этих группах обладают более высоким уровнем учебно-организационной самостоятельности, чем мальчики. Опросник может быть использован педагогами и родителями для создания портрета класса или школы по уровню развития учебно-организационной самостоятельности, а также для мониторинга индивидуального развития в сфере учебно-организационной самостоятельности среди детей 1-2 и 3-6 классов.
Исследование посвящено оценке стабильности структуры сообщества онлайн-группы российских социологов. Используя данные онлайн-сообщества (семь лет взаимодействий с 2011 по 2018 г.), мы построили сети, основанные на комментариях и реакциях. Для оценки стабильности сообщества мы проанализировали коммуникацию его участников на протяжении четырех периодов, а также раскрыли структурные паттерны их взаимодействий с помощью инструмента блок-моделинга. Результаты исследования показывают соответствие структуры сообщества типу “ядро - периферия”, где эти позиции структурированы по-разному в сетях комментариев и реакций. Размеры ядра и периферии в разные периоды времени колеблются, тем не менее стабильность их присутствия в общей структуре общества высока, хотя внутри самих этих позиций, согласно модифицированному индексу Rand, стабильность невелика.
Как передается членство в этнических категориях в современном Дагестане, если речь идет о семьях, родители в которых относятся к разным национальностям? На материале 133 интервью, взятых в городских и сельских поселениях Дагестана, в статье демонстрируется, что в республике сосуществуют два основных классификаторных правила. Первое, патрилинейное, предполагает, что национальная принадлежность передается по отцу, а национальность матери не играет роли. Второе, амбилинейное, предполагает, что ребенок в «смешанном» браке классифицируется как представитель обеих - отцовской и материнской - национальностей. Такой ребенок часто определяется информантами как «метис», и наблюдается тенденция к этнизации этой категории. Результаты исследования представлены в двух частях. В первой на основании нарративов информантов описывается содержательное функционирование правил наследования национальной принадлежности. Во второй на основе анализа массива данных, созданного за счет кодировки и квантификации интервью, демонстрируется, что патрилинейное правило распространено преимущественно в сельской местности, в то время как амбилинейное - в городах. В дискуссии представлены гипотезы, описывающие происхождение обоих правил в Дагестане, прояснена релевантность исследования правил наследования национальной принадлежности для современной конструктивистской теории этничности, а также показано, как за счет распространения амбилинейного правила может произойти иррелевантизация этнической классификации.
Статья посвящена исследованию влияния внешних шоков, связанных с пандемией COVID-19, на вероятность и объемы потребления алкоголя в России. Переменными интереса выступают показатели избыточной смертности в регионе проживания человека (переменная, отвечающая за стресс) и безработицы (переменная экономического неблагополучия). Комбинируя микроданные РМЭЗ НИУ ВШЭ и региональные данные Росстата, авторы оценивают эконометрические модели за 2019-2021 гг. отдельно для мужчин и женщин. Проведенный анализ показал, что с ростом уровня безработицы в регионе на 1 % вероятность потребления алкоголя снижалась на 2 % у женщин и на 3 % у мужчин в 2020 г., на 2 % у мужчин в 2021 г. В 2020 и 2021 гг. объемы потребления чистого этанола среди пьющих респондентов увеличивались на 1-2 % с ростом избыточной смертности в регионе на единицу (то есть 1 человека в расчете на 100 тыс. жителей) - это верно и для мужчин, и для женщин. Однозначной связи объемов потребляемого алкоголя с безработицей при этом не выявлено. Исследование подтверждает гипотезу о том, что изменения в потреблении алкоголя российским населением в 2020-2021 гг. были обусловлены разнонаправленными факторами - стрессом и ухудшением экономического положения. Некоторые другие факторы поменяли свою значимость в 2020-2021 гг. в сравнении с «доковидным» годом: на вероятность потребления алкоголя стало влиять образование, причем у женщин - положительно, а у мужчин - отрицательно. В сравнении с базовым уровнем у женщин, имеющих образование более высоких ступеней, вероятность потреблять алкоголь хотя бы иногда возрастает на 20-30 %, у мужчин, напротив, снижается на 10 %. В 2021 г., в отличие от предыдущих лет, и вероятность, и объемы потребления алкоголя увеличивались с доходом как у мужчин, так и у женщин. Одновременно снижались вероятность и объемы потребления жителями поселков, и наоборот - стали больше пить мужчины, живущие в столицах. Исследование подтверждает, что потребление алкоголя находится под влиянием целого ряда факторов как микро-, так и макроуровня, и пандемия COVID-19 оказала воздействие на общую динамику потребления алкоголя.
В статье рассматривается организация системы долговременного ухода (СДУ) в Волгоградской области, выявляется информированность студенческой молодежи и получателей услуг центров социального обслуживания населения о системе долговременного ухода, определяется мнение пожилых людей о качестве оказания услуг в регионе. Оценка информированности студентов и нуждающихся в обслуживании граждан о системе долговременного ухода основана на результатах двух анкетных опросов получателей социальных услуг центров социального обслуживания населения Волгоградской области, проведенных методом сплошного опроса с целью выявления мнений пожилых людей о качестве надомного обслуживания по технологиям «Персональный помощник» и «Помощник по уходу». Анкетный опрос студентов высших учебных заведений организован с использованием многоступенчатой выборки для определения мнений молодежи о внедрении СДУ в Волгоградской области, ее представлений о возможностях субъектов СДУ. Согласно результатам исследования, студенты в Волгоградской области позитивно оценивают различные аспекты системы долговременного ухода, но при этом слабо информированы о реализации мероприятий, входящих в нее. Превалирующее большинство опрошенных пожилых людей удовлетворены качеством оказания услуг, их устраивают доступность и своевременность обслуживания. У всех без исключения респондентов соблюдается установленный договором перечень социальных услуг. По их мнению, социальное обслуживание на дому - наиболее приемлемая форма обслуживания для граждан, нуждающихся в долговременной помощи. По итогам проведенного исследования автор приходит к выводу, что в регионе необходимо актуализировать коммуникационные инструменты продвижения практик долговременного ухода.
На основе данных репрезентативного социологического опроса, реализованного ИНСАП РАНХиГС в 2021 г., в статье рассмотрены изменения жизненных практик российского населения, проживающего за пределами мегаполисов, произошедшие в течение года «коронакризиса». Эксклюзивность изменений внешнего контекста в исследуемый период актуализирует специальный анализ, ориентированный на выявление масштабов, направлений и продуктивности изменений поведенческих практик массовых групп россиян. В фокусе исследования находятся острота восприятия кризисных ограничений в контексте различных аспектов жизнедеятельности, расширение включенности в онлайн-коммуникации для решения рабочих и личных задач, а также динамика благосостояния и уровня жизни. Показано, что большинство россиян столкнулись с изменениями привычных жизненных практик, а для более чем четверти населения эти изменения оказались крайне существенными. Наиболее остро восприняты трудности, связанные с ограничениями доступности регулярно потребляемых услуг, а также проблемы, вызванные вынужденным переходом к дистанционным формам работы и образования. Значительные группы россиян оказались перед необходимостью существенно скорректировать привычные способы проведения свободного времени. Выявлено, что по прошествии «года пандемии» около четверти россиян стали проводить в интернете больше времени, чем ранее. Снижение интенсивности личного общения в рассматриваемый период потребовало социальной компенсации, одной из важнейших форм которой стало использование коммуникативных онлайн-сервисов. Важной формой ситуативной адаптации являлось существенное расширение дистанционной занятости, которая, однако, с точки зрения эффективности и комфорта работы характеризуется скорее негативно. Снижение потребительских возможностей в период пандемии, массово затронувшее российские домохозяйства, выступает важным фактором изменения образа жизни и воспроизводства практик потребительской экономии. В целом исследование иллюстрирует достаточно высокий адаптационный потенциал российского населения, однако динамика социального самочувствия в условиях «коронакризиса» явно негативна.
В статье анализируется агентность современной российской молодежи на примере крафтовых предпринимателей. Крафтовое движение - часть современной глобальной креативной экономики, оно включает в себя мастеров (преимущественно молодых), занятых в ручном производстве уникальных продуктов или услуг, ориентирующихся на собственные ценности - креативности, этичности и осознанности в сфере потребления, реализующих проект «предпринимательства как стиля жизни». Теоретической рамкой исследования выступают постструктуралистское переопределение концепта агентности как субъектности, дискурсивно производимой в условиях неолиберальной экономики, а также критическая оптика исследований антропоцентризма, оспаривающая доминирующее положение рационально действующего и автономного «взрослого» актора. Результаты анализа качественных интервью с молодыми мастерами из Санкт-Петербурга, собранных осенью 2022 г., показали, что агентность данной группы производится на трех взаимосвязанных уровнях: личностном (через постоянное саморазвитие), уровне своего дела (через развитие своего бизнеса) и на уровне создания сообщества, объединенного общим культурным потреблением и производством, а также общими ценностями и близким стилем жизни. Было обнаружено, что вместо конвенциональных представлений о маркерах успеха, связанных с конкретными социальными и экономическими достижениями к определенному жизненному этапу, молодые крафтовые предприниматели задают свои критерии, правила и ценности в создаваемых комьюнити единомышленников и потребителей их товаров и услуг. Для их образа жизни ключевой целью становится нахождение баланса между производством активного развивающегося Я и комфортным образом жизни в соответствии с собственными ценностями. Такой баланс, подразумевающий обретение чувства контроля над своей жизнью и формирование агентности, они находят в своем деле и ремесле. Предпринимательство позволяет реализовывать идеи молодых людей, воплощать в жизнь их ценностные установки и переопределять понятие успеха и самореализации, в чем проявляются их активный жизненный выбор и свобода в действиях и принятии решений.
В статье представлены результаты комплексного исследования карьерных ожиданий пожилых россиян. Целью исследования стало получение обоснованного представления о запросах пожилых людей, доля которых неуклонно растет во всем мире, к характеру занятости и режиму работы. В качестве источника материала для анализа использована открытая база, включающая около 15 тыс. резюме пожилых соискателей, размещенных на портале Роструда «Работа России». Для сравнительного анализа с европейскими странами были использованы данные о занятости людей старше 65 лет, пенсионном возрасте и месте страны в рейтинге Индекса развития человека (ИРЧ) ОЭСР. В исследовании выявлено, во-первых, преобладание желания пожилых устроиться на работу по найму с полной занятостью. Во-вторых, отмечается, что пожилые соискатели в целом соглашаются на уровень зарплат ниже среднего по стране, особенно это характерно для крупных городов. В-третьих, мужчины в большей степени желают оставаться на рынке труда по сравнению с женщинами. Результаты сравнительного анализа по материалам OECD свидетельствуют об отсутствии взаимосвязи между ИРЧ, пенсионным возрастом и уровнем занятости. В то же время рост благосостояния стран не приводит к тому, что пожилые люди перестают работать. Это говорит о важности более детального анализа факторов, определяющих развитие рынка труда пожилых людей. Статья может быть полезна исследователям старения и пенсионных систем, а также политикам и специалистам в социальной политике и политике занятости.
Статья представляет альтернативную оценку отдачи от некогнитивных навыков на российском рынке труда, анализируя их взаимосвязь с показателями удовлетворенности работой. Данная тема ранее подробно не рассматривалась в специализированных российских экономических исследованиях и впервые изучена в настоящей работе на данных общенационального выборочного обследования домохозяйств РМЭЗ НИУ ВШЭ за 2016 г. Анализ основан на оценивании порядковых пробит-моделей отдельно для мужчин и женщин. Проблема эндогенности решалась с помощью процедуры коррекции Хекмана для порядкового пробита. Полученные результаты свидетельствуют, что российский рынок труда предъявляет «универсальный» спрос на занятых с выраженной склонностью к добросовестности, экстраверсии и эмоциональной устойчивости, которая вознаграждается более комфортными (с точки зрения восприятия работников) характеристиками рабочих мест, что согласуется с результатами зарубежных исследований. Ориентация на познание и творчество в целом не приносит значимой отдачи в виде более высокой самооценки. Кроме того, склонность к открытости значимо связана с более низкими оценками удовлетворенности оплатой труда как среди мужчин, так и среди женщин. Полученный результат сигнализирует о воспринимаемом несоответствии характеристик рабочего места и структуры человеческого капитала работников на российском рынке труда.
Статистика статьи
Статистика просмотров за 2026 год.
Издательство
- Издательство
- ВЦИОМ
- Регион
- Россия, Москва
- Почтовый адрес
- 119034, город Москва, ул. Пречистенка, д. 38, помещ. 1
- Юр. адрес
- 119034, город Москва, ул. Пречистенка, д. 38, помещ. 1
- ФИО
- Федоров Валерий Валерьевич (ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР)
- E-mail адрес
- ok@wciom.com
- Контактный телефон
- +7 (495) 7480807
- Сайт
- https://wciom.ru/