Публикации автора

В статье анализируются проекты сохранения исторических деревянных домов и кварталов в российских городах. Авторы предлагают детализированный взгляд на такие инициативы, выходящий за рамки дихотомии между музеефикацией и коммерциализацией. В качестве аналитического инструмента используется понятие Т. Беннетта «рабочие поверхности социального», позволяющее проследить, как социальные и мемориальные аспекты городской жизни, связанной с деревянными домами, превращаются в культурные продукты, нацеленные на реализацию определенных политик: от воспитания «хорошего горожанина» до городского экономического развития или поддержания локального патриотизма. Опираясь на различение ностальгии как настроения и ностальгии как режима, предложенное Х. Брембек и Н. Сёрумом, авторы показывают, как в процессах трансформации зданий вовлеченные акторы работают с их исторической и коммеморативной ценностью. На основе пяти кейсов и 35 интервью с различными акторами, задействованными в сохранении исторических домов в Нижнем Новгороде, Вологде и Тотьме, в работе показывается, как в разных контекстах происходят медиированные разными формами ностальгии «разборка» и «сборка» деревянного дома, в ходе которых не только физически трансформируются здания, но и переопределяются их функции, формируются задачи сохранения, стираются и возникают новые значения.

Авторы статьи анализируют, каким образом участники общественных ассоциаций конструируют результаты своих усилий. Они фокусируются на опыте двух российских общественных инициатив: нижегородского градозащитного и петербургского экологического движений. Опираясь на теорию поля общественного движения (Б. Усим, Дж. Голдстоун), авторы показывают, какие «малые» и крупномасштабные цели ставят перед собой участники движений, какие усилия по достижению этих целей они предпринимают, как их действия увязаны с конфигурациями полей общественных движений и как активисты ретроспективно оценивают кратковременные и долгосрочные результаты своей деятельности. В результате авторы приходят к выводам, что микроцели изученных общественных движений (потенциально) реализуемы, но лишь при специфической конфигурация поля общественного движения: в ситуациях готовности чиновников к конструктивному диалогу с активистами, сложившихся отношений кооперации между активистами и конкретными политиками или политическими структурами, отсутствия взаимовыгодных альянсов между бизнес-стейкхолдерами и местными политиками и пр. Между тем макроцели и сопряженные с ними успехи в поле остаются принципиально недостижимыми. Поэтому активисты вынуждены ограничиваться «малыми делами», действуя лишь в своеобразных «заповедных зонах», т.е. фокусировать усилия на локальных городских территориях и/или масштабировать свои требования, ориентируясь на санкции сильных игроков и не претендуя на существенное изменение полей общественных движений.