Научный архив: статьи

Нейросетевой прорыв в развитии технологий производства информационных объектов на основе научно-художественного наследия человечества обострил дискуссию на тему: что такое продукты компьютерной генерации, правомерно ли считать их охраняемыми результатами творческой деятельности и кому принадлежат авторские права на них. Проблема усугубляется тем, что социокультурное пространство оказывается переполненным безграничным количеством контентных артефактов с не определенным правовым статусом. Это негативно влияет на качество охраны интеллектуальных прав антропных авторов и их возможности использования общедоступной информации в творческих целях.

Настоящая статья посвящена анализу работоспособности режима автоматической охраны авторских прав в реалиях масштабной генерации квазитворческих форм. В фокусе работы вопросы о том, при каких условиях создатель сгенерированного артефакта является правоспособным субъектом, а результат нейросетевой генерации - охраняемым произведением. Правоспособность претендующего на авторство субъекта и охраноспособность объекта правового притязания проанализированы на предмет их соответствия критериям доктрины интеллектуальных прав. Ключевой задачей исследования выступает совершенствование механизма обретения авторских прав для достижения целей данного правового института в новом технологическом укладе.

В результате исследования разработана концепция перформативного авторства, предполагающая замещение принципа автоматической охраны регистрационным порядком предоставления авторских прав. Спроектирована процедура проверки правоспособности автора по заданным критериям. Определены правовые признаки, позволяющие отделять потенциально охраноспособные результаты генерации контента от тех, которые не могут считаться охраняемыми произведениями. Сформулирована и обоснована гипотеза, что акт созидания является убедительным доказательством присущей исключительно человеку неразрывности интеллекта и скоординированной двигательной активности тела, в результате которой произведение появляется на свет в объективной форме. Это явление получило определение объективационной моторики творчества.

В заключении выдвинуто предложение о расширении номенклатуры доктринальных целей авторского права. В качестве дополнительной цели института авторских прав предложена защита антропного автора.

Обоснована актуальность анализа мотивации творческой деятельности. Отмечено значение факторов, побуждающих к творчеству: потребности, способности, интерес. Показана необходимость социального заказа. Отмечены три направления в разработке проблем творчества. Проанализирована индивидуальная творческая деятельность. Рассмотрена связь с коллективными формами творчества. Подчеркнуты их достоинства и недостатки. Выделено значение мотивации в зарубежных коллективных формах творчества. Показана их решающая роль в творческой деятельности. Это определяет новизну данной работы. В заключение приведены выводы и рекомендации.

В статье рассматривается проблема социокультурного развития общества в корреляции направлений креативного туризма. Автор отмечает перспективность креативной сферы в туризме как реакцию социума на восприятие классических турпрограмм и критический анализ эффектов общества потребления. В работе представлен обзор современных исследований по теме, раскрывающих экономические, юридические и географические вопросы креативного туризма. Социально-философская оценка развития данной сферы туризма отражает новизну исследования. В результате исследования отмечено системное преобразование социокультурной сферы общества. В ходе реализации программ креативного туризма выигрывают многие: местное население региона, вовлеченное в бизнес и развитие своих потенциалов; власть; представители туристической сферы - разработчики творческих проектов и партнеры реализации программ. Помимо общества социальные отношения и социальное пространство являются важными факторами развития креативного туризма любого региона.

Ориентированное на гуманистические идеалы и ценности мировоззрение приобретает особую актуальность в контексте технологизации общества и человека. Место философии в целом и преподавателя философии, в частности, в технологизирующемся обществе начинает претерпевать не соответствующую их сущности трансформацию. Во-первых, выхолащивается сама «человеческая сущность» их бытия. Во-вторых, из них пытаются сделать «довесок» к технологическим играм судьбами общества и человека. Выполнение высокой миссии преподавателя философии в современных условиях существенно затрудняет то обстоятельство, что сам преподаватель становится объектом «обработки» с помощью управленческих технологий, активно внедряемых в сферу образования и науки. Речь идет об управленческих технологиях, основанных на принципах псевдоэкономического позитивизма. Степень «духовной безопасности» философии и преподавателя философии способно укрепить, во-первых, опора на гуманистические истины, идеалы и ценности, сохранившиеся в истории философии, во-вторых, творческая активность современных философов, отстаивающих свою духовную самостоятельность.

При всей противоречивости понятия «научное творчество» науку нельзя представить без творческой составляющей. Получение нового знания, эмоциональная окрашенность, связь с личностью исследователя и его субъективными характеристиками подтверждают это. Методология, в свою очередь, обеспечивает исследовательский процесс систематизированными выверенными принципами, методами, нормами и алгоритмами. В статье показана связь научной методологии и творческой деятельности исследователя

Термин и понятие автора/авторства входят в систематический и рефлексивный оборот в XIX в. благодаря правоведению, филологии и философии. Сегодня выясняется, что их теоретическая адекватность и практическая эффективность нуждаются в преодолении контроверз концептуализации. Философия контекстуализирует автора в системе таких категорий, как субъект, сознание, творчество, произведение, диалог, которые и сами требуют дальнейшей разработки и уточнения. Параллельно статус автора легитимируется практикой законотворчества и правоприменения в области авторского права. На стыке постмодернистской филологии и философии автор становится центральным объектом деконструкции и реабилитации одновременно. История авторства разворачивается как иллюстрация к конкуренции трансценденталистской, натуралистической и мистерианистской трактовок сознания и субъекта. Потребительское и информационное общества, технонаука и технократический подход к личности делают автора заложником технофеодализма, анонимом социальных сетей и писателем поневоле. Авторство размывается, исчезает на стыках естественного и искусственного, творчества и имитации, личности и группы, сознания и технических систем. Перспективы автора аналогичны будущему человека как субъекта в современном мире, который своей жизнью отвечает на гамлетовский вопрос

В статье раскрывается сущность понятия «творческий потенциал
молодежи» как важной психолого-социальной категории, представляющей собой совокупность способностей, установок и личностных качеств, направленных на создание нового, оригинального, социально значимого продукта. Отдельное внимание уделяется соотношению понятий «творчество» и «творческий потенциал». Подчеркивается, что, несмотря на тесную взаимосвязь, эти понятия не тождественны: если творчество представляетсобой реализованный процесс, то творческий потенциал – это внутренняя возможность, готовность к творческой активности, которая может оставаться скрытой без необходимых условий для ее проявления. В статье рассматриваются различия и сходства этих понятий, а также их роль в формировании активной, инициативной и инновационной молодежи. Отмечается, что развитие творческого потенциала не только способствует личностному росту молодого человека, но и оказывает прямое влияние на социальное и культурное развитие общества в целом, формируя интеллектуальный и инновационный ресурс государства.

Подробно анализируются внешние и внутренние факторы, влияющие на развитие творческого потенциала: образовательная среда, поддержка со стороны семьи и общества, доступ к культурным практикам, уровень мотивации, креативное мышление, личностные особенности. Также представлены условия, необходимые для успешного раскрытия творческого начала в молодежной среде.

Генеративный искусственный интеллект (ИИ) продолжает развиваться и качественно, и количественно, открывая новые возможности для создания различных произведений, литературных текстов, изображений, музыкальных композиций и даже видеороликов. Предоставление доступа к этим творческим инструментам рождает новые правовые проблемы, связанные с авторско-правовой защитой произведений, созданных генеративным ИИ. Вопросы вызывает и распределение авторских прав между лицами, так или иначе причастными к созданию таких произведений, то есть в ситуациях соавторства. Необходимо четкое осмысление понятия «творчество» применительно к произведениям, созданным генеративным ИИ, а также анализ критериев соавторства пользователя и создателя нейросетей. В статье исследованы доктринальные и законодательные подходы к понятию «творчество»; обоснована позиция по поводу того, в каких случаях должна предоставляться авторско-правовая защита произведениям, созданным генеративным ИИ; рассмотрены варианты предоставления авторско-правовой защиты таким произведениям в зависимости от обстоятельств их создания; предпринята попытка определить, чем является именно генеративный ИИ в противовес общему, широкому понятию ИИ; приведены аргументы против признания ИИ автором произведения.

В ходе анализа когнитивной роли эмоций, проводимого в парадигме телесно-ориентированной эпистемологии, деятельностного подхода и подхода 4E Cognition, показано, что они являются важными факторами познавательной деятельности. Человеческие чувства, выступая критериями отбора, определяют, что субъектом воспринимается как личностно значимое, а что — как второстепенное и не заслуживающее внимания. С помощью них могут обнаруживаться новые смысловые связи между разнородными явлениями окружающей действительности. Эмоции участвуют в формировании личностных смыслов, которые не просто конструируются как языковые структуры, а переживаются в субъективном опыте и, таким образом, обладают феноменальным характером. Эмоции укоренены в телесности, и сенсомоторный опыт с аффективной сферой как его неотъемлемым аспектом организует сознание и систему личностного знания, лежит в основе доконцептуального самосознания. Телесная схема содержит в себе глубинный пласт неявного знания, компоненты которого выступают имплицитными предпосылками личностного познания. Ее наличие является непременным условием взаимодействия с окружающей средой, направленного на удовлетворение потребностей и желаний данного индивида. Как следствие, этот процесс регулируется аффективной сферой, имеющей интенциональную природу в силу ее нацеленности на объект желания. Эмоциональность оказывается одной из ключевых характеристик творческой личности, влияя на познавательный процесс на разных этапах. Подлинное творчество предполагает поглощенность человека стоящей перед ним проблемой. Компьютерное творчество, эмоционально выхолощенное ввиду наличия у искусственного интеллекта иной материальной основы по сравнению с естественным разумом, не может считаться полноценным.

Целью статьи является определение специфики и роли категории отрицания в контексте проблемы творчества. Для достижения цели, поставленной автором, конкретизируется категория отрицания в историко-философском дискурсе. Соответствующая проблематика анализируется в рамках онтологической парадигмы, которую предлагают различные философы. Выявляются две традиции интерпретации, критерием разграничения которых служит различное понимание специфики отрицания. Традиция, ориентированная на положительную онтологию (линия Парменида), нивелирует данную категорию. Альтернативный подход, связанный с рецепцией Гегеля, напротив, реабилитирует отрицание, делая его неотъемлемым компонентом онтологии и расширяя его понимание. Именно второй подход позволяет нам увидеть потенциал отрицания. При этом при выявлении роли отрицания в творческом акте формы, с которыми оно было соотнесено в первой традиции, сохраняются, однако они уже не исчерпывают проявление отрицания. На основе данного рассмотрения преодолевается бессмысленность негативного подхода, закрепившегося в философии, и выявляется продуктивный ракурс рассмотрения отрицания, формы которого впоследствии мы адаптируем к первому этапу творческого акта, связанного с генерацией идеи в воображении. Это позволяет нам определить онтологическое основание творчества, включающее в себя небытие. В данном соотношении раскрывается также психологическая сторона отрицания, которая становится неотъемлемой составляющей творческого акта. Теоретическая значимость статьи обусловлена обновлением проблематики творчества посредством включения в его рассмотрение категории отрицания, что способствует полноценному рассмотрению данного акта. Выбранный автором ракурс исследования отвечает современным тенденциям в философии, ориентированным на поиск и переосмысление негативных оснований каких-либо феноменов.

Пространство художественного мира стихотворения «Музыка» рассматривается как воплощение ценностносмысловых установок произведения. Установлено, что в построении этого пространства активно участвует «голос» лирического субъекта, который освещает события повседневные в сопоставлении с легендарными, религиозно-мифологическими, с произведениями искусства (музыки и литературы) или отсылками к ним. Результатом этого сближения становится выражение следующих ценностно-смысловых ситуаций: путь человека-творца; сближающая власть искусства; преодоление пространственных и временных пределов; возрождение смысла. Выявлено пространственное и вместе с тем метафорическое положение верха и низа – они в любой момент меняются местами, провоцируют ассоциативные ряды в сознании читателя. Благодаря этому реализуется и принцип «переводимости» между разными «языками» – звуковым и визуальным, музыкой и шумом, искусством и жизнью.

В статье делается попытка провести сравнительный анализ основных философских исторических концепций с целью прийти к целостному отражению феномена души. Самым сложным аспектом в отражении феномена души является обоснование возможности проявления творческих способностей человека. Возможность сознания генерировать новые идеи обусловлена тем, что душа человека интуитивно чувствует себя частью чего-то более большого и сложного, чем он сам. В истории философии мыслителями выдвигались различные концепции объяснения феномена души: от простого сведения ее функционирования к обслуживанию целостности живого тела до попыток объяснения творческих способностей человека связью его души с высшими структурами живого Космоса.