Научный архив: статьи

Введение. В настоящее время в России сформировались два конкурирующих подхода к правовому регулированию искусственного интеллекта. Один ориентирован на стимулирование разработки больших фундаментальных моделей. Он закреплен в Федеральном законе от 26 июля 2026 г. № 243-ФЗ «О поддержке развития технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации». Другой подход был представлен в проекте названного нормативного правового акта (законопроект № 1271570-8). Его отличала строгая всеобъемлющая превентивная регулятивность. Отсутствие четкого соотношения между данными подходами порождает правовую неопределенность и риски для участников правоотношений. Этими обстоятельствами обусловлена актуальность исследования, результаты которого представлены в статье.

Методы. Исследование проведено на основе диалектического, формально-юридического и сравнительно-правового методов. Применены системный анализ, документальный анализ истории разработки актов. Методы правового прогнозирования и моделирования были востребованы для оценки последствий реализации каждой регуляторной модели.

Результаты. Установлено, что для Федерального закона № 243-ФЗ характерна минимизация регулирования, он направлен на снижение административных барьеров для разработчиков цифровых технологий, но не регламентирует механизмы предотвращения вреда. Инициаторы же законопроекта № 1271570-8, напротив, предлагали введение жестких требований: ведение реестра доверенных систем, обязательное страхование, маркировка контента, запрет на полностью автоматизированные юридически значимые решения. Выявлены сущностные противоречия в режиме использования авторских произведений, идентификации ИИ-контента и распределении ответственности. Предложены пути гармонизации двух рассматриваемых подходов. Оптимальным решением видится принятие доработанного варианта законопроекта № 1271570-8 в качестве базового рамочного закона (с изъятиями для больших фундаментальных моделей).

Введение. Цифровая преступность стала магистральным вектором эволюции противоправной деятельности: от массовых телефонных мошенничеств до атак на критически важную инфраструктуру. Особое место в ней занимают операции с SIM-картами и смартфонами, включая кражи устройств с последующей легализацией через изменение IMEI-номеров. Новая угроза связана с расширением использования в криминальных целях беспилотных воздушных судов, управление которыми нередко осуществляется через сети сотовой связи. Противодействие таким вызовам со стороны преступного мира требует от государства не точечных, а системных мер.

Методы. В ходе исследования, результаты которого представлены в статье, применялся общенаучный диалектический метод познания окружающей действительности, предполагающий полное и всестороннее изучение явлений, рассмотрение связей и противоречий между ними. Кроме того, были востребованы абстрагирование, обобщение и статистический метод.

Результаты. В 2025 году в России впервые удалось добиться снижения числа цифровых преступлений. В качестве ключевого инструмента была использована государственная информационная система, объединившая данные правоохранительных органов, операторов связи и регуляторов. Внедрен механизм временной блокировки иностранных SIM-карт, а все беспилотные воздушные суда оснащаются средствами удаленной идентификации с интеграцией в систему «ЭРА-ГЛОНАСС». Законодательным ответом на хищения смартфонов стало создание единого реестра IMEI с привязкой к SIM-карте. Тем не менее сохраняется значительный правовой пробел - отсутствие уголовной ответственности за перепрограммирование IMEI. В связи с этим авторами предлагаются направления совершенствования законодательства с учетом зарубежного опыта и рисков переходного периода.