В статье представлены перевод и краткое исследование части рукописи Танг 1872 (X–XIII вв.), в которой описаны буддийские практики «Шести учений (йог)», возможно, имеющие отношение к медитационным техникам знаменитого тантрического мастера Наропы. Рукопись написана трудным для понимания курсивным почерком, поэтому в статье публикуется тот фрагмент, который является структурно и семантически законченным и представляется доступным для перевода. Учитывая тот факт, что исследования, направленные на выявление особенностей тангутского буддизма, которые отличают его от соседних буддийских традиций, оказавших влияние на его формирование, являются наиболее актуальными в данной области тангутоведения, публикация перевода этого первоисточника может иметь определенную значимость в данном контексте.
Идентификаторы и классификаторы
- SCI
- История
Рукопись Танг 1872 (Тангутский фонд ИВР РАН) содержит текст, относящийся к традиции буддийского тантризма, и, несмотря на отсутствие названия и каких-либо упоминаний автора или составителя, возможно, он имеет отношение к сочинению «Шесть йог», или «Шесть учений», создание которого традиционно ассоциируется с именем знаменитого буддийского мастера, теоретика и практика тантры Наропы (санскр. Nāropāda)1. Рукопись, видимо, была обнаружена в том же знаменитом субургане Хара-Хото, следовательно, время ее создания, как и всей этой коллекции, XI — нач. XIII в. Следует отметить, что в Тангутском фонде есть сочинения Наропы, комментарии к ним, а также множество текстов, в которых упоминаются и описываются аналогичные йогические техники2. Чаще всего эти тексты фрагментарны, написаны курсивом или скорописью, что делает понимание и перевод крайне сложным. Напротив, данная рукопись, несмотря на достаточно трудный для прочтения курсивный почерк, сразу привлекла к себе внимание четкой структурой текста и последовательным изложением. Сам язык памятника в целом также понятен с точки зрения как грамматики, так и лексики. Текст редактировался, исправления и комментарии помещены справа от строки, по большей части они написаны крайне неразборчивым почерком, поэтому из-за сложности перевода я не стал пытаться переводить их для данной публикации. Можно предположить, что перед нами оригинальный тангутский текст, записанный со слов, возможно, созданный на основе собственного опыта, полученного при использовании данных практик и соотнесенного затем с «шестью учениями» Наропы. Редакторская правка может быть также указанием на то, что он был переписан с другого источника. Сохранилось начало сочинения, которое содержит упоминание или описание трех практик/йог из шести: практика «переноса сознания» (тиб. ‘pho-ba), «обретения Ясного света» (тиб. ’od-gsal) и йога сновидения (тиб. rmi lam). Отсутствуют конец и часть с описанием еще трех видов практик. Таким образом, можно предположить, что часть текста утрачена. Рукопись изначально представляла собой свиток. В настоящий момент она состоит из двух фрагментов. Первый (23×58,5 см), с началом текста, содержит 22 строки. Именно этот первый фрагмент (Ил. 1), законченный в смысловом отношении, позволил выполнить его предварительный перевод и краткое текстологическое исследование. Второй фрагмент (23×58 см) является продолжением текста, но не связан напрямую с первым3. В нем, видимо, описывается конкретная садхана йоги сновидения, но это описание основано по большей части на перечислении примет и знамений, существовавших в народных верованиях, правильное их толкование представляется затруднительным, поэтому публикация данной части представляется мне преждевременной. Более того, несмотря на смысловую и грамматическую сочетаемость конца 22-й строки первого фрагмента и начала 1-й строки второго фрагмента, часть текста, соединяющая содержание этих двух фрагментов, все-таки утрачена, так как во втором фрагменте описание состояний, испытываемых во время практики, начинается с четвертого сновидения, т. е. по логике повествования должны быть описаны первые три4.
Если у вас возникли вопросы или появились предложения по содержанию статьи, пожалуйста, направляйте их в рамках данной темы.
Список литературы
1. Андросов 2011 - Андросов В.П. Индо-тибетский буддизм. Энциклопедический словарь. М.: Ориенталия, 2011.
2. Кычанов 1999 - Кычанов Е.И. Каталог тангутских буддийских памятников Института востоковедения Российской академии наук. Киото: Университет Киото, 1999.
3. Кычанов 2006 - Кычанов Е.И. Словарь тангутского (Си Ся) языка. Тангутско-русско-англо-китайский словарь. Киото: Университет Киото, Филологические науки, 2006.
4. Муллин 2009 - Муллин Г. Хрестоматия по Шести йогам Наропы / Пер., сост. и введ. Г. Муллина; пер. с англ. В.Д. Ковалева. М.: Открытый мир, 2009.
5. Невский 1960 - Невский Н.А. Тангутская филология. Исследование и словарь. В 2 кн. Кн. 1. М.: Изд-во вост. лит., 1960.
6. Guenther 1986 - Guenther V. Herbert. The Life and Teaching of Nāropa. Boston; London: Shambala, 1986.
Выпуск
Другие статьи выпуска
Японская гравюра, после нескольких всплесков увлечения и собирательства начиная с конца XIX в., к настоящему моменту окончательно стала неотъемлемой частью культурной и научной жизни России. Не проходит и года, чтобы какой-либо из крупных музеев Москвы или Санкт-Петербурга не организовал выставку укиё-э, причем не только из собственных фондов, но и из многочисленных частных коллекций. Ни одна из таких выставок не обходится без издания каталога или альбома «по следам» мероприятия. Только за последние пять лет увидели свет такие книги, как «Великие мастера укиё-э: японская гравюра» Р. Жирнова (М., 2020), «Повседневная жизнь Японии периода Эдо в гравюре укиё-э» А. Э. Пушаковой (М., 2021), «В пучине бренного мира: японское искусство и его коллекционер Сергей Китаев» и двухтомник «Манга Хокусая» Е. С. Штейнера (М., 2022), «Восточная столица. Жизнь Эдо: японская гравюра и нэцкэ из собрания Государственного музея Востока» А. А. Егоровой (М., 2023) и «Красавицы и воины Тиканобу. Японская гравюра из собрания Государственного музея Востока и коллекции А. В. Ивановой» (М., 2024). Казалось бы, недостатка в литературе на русском языке, посвященной японскому искусству гравюры, нет. И когда на этом фоне выходит в свет переиздание книги об укиё-э более чем 25-летней давности, может возникнуть вполне логичный вопрос — зачем? Но не спешите с таким вопросом, ибо главное в этом случае — что это за книга и как именно она переиздана.
27 мая 2024 г. в Институте восточных рукописей РАН прошло очередное заседание семинара петербургских иранистов «Фрейманские чтения», проводимого в память об Александре Арнольдовиче Фреймане (1879–1968), основателе отечественной школы сравнительно-исторического иранского языкознания. На заседании выступили постоянные участники семинара, сотрудники Санкт-Петербургского государственного университета (СПбГУ), Государственного Эрмитажа (ГЭ), Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ) и Института восточных рукописей РАН (ИВР РАН), в качестве содокладчика выступил сотрудник Института истории, археологии и этнологии им. Б. Джамгерчинова Национальной академии наук Кыргызской Республики (ИИАЭ НАН КР).
В статье публикуются два письма Самуила Винера, библиотекаря Азиатского Музея в Петербурге в конце XIX в., барону Давиду Горациевичу Гинцбургу, коллекционеру и востоковеду еврейского происхождения. Письма написаны на иврите в 1897–1898 гг., хранятся в архиве Д. Г. Гинцбурга в Российской национальной библиотеке. Через комментированный перевод писем на русский язык анализируются тематика и уровень взаимодействия еврейских интеллектуалов того времени: упоминается ряд известных востоковедов (К. Г. Залеман, Д. А. Хвольсон, О. Э. Лемм и др.), перечисляются купленные бароном книги, еврейские и не только, освещается проблема доставки этих книг в Петербург. Помимо этого, письма являются ярким примером взаимоотношений ученых друг с другом, а также свидетельством комплектования личных библиотек в Российской империи, так как Винер подробно расписывает, за чем «охотились» коллекционеры и как конкурировали между собой.
статья посвящена 90-летию со дня рождения замечательного востоковеда и педагога Ростислава Антоновича Грибова (1933–2001), воспитавшего несколько поколений российских ассириологов. В ней содержится биография ученого, дополненная характеристикой его научной и педагогической деятельности. Рассмотрены основные направления деятельности Р. А. Грибова: создание новой методики преподавания клинописных языков Месопотамии, исследование социально-политической истории города Мари, работы по истории отечественной ассириологии. К статье прилагается список опубликованных и неопубликованных работ.
Статья представляет собой обзор ключевых источников по истории Кашмира, охватывающих период с древних санскритских хроник до более поздних исторических трудов на персидском и английском языках. В работе анализируются такие тексты, как «Раджатарангини» Калханы, которая считается одним из важнейших источников по истории Кашмира, сочинения Нараяна Каула, Мухаммада ‘Азама Дидамари и др. Исследование этих исторических трудов позволяет не только реконструировать события прошлого, но и понять, менялось ли с течением времени в сознании людей восприятие истории и культуры Кашмира. Сравнение различных источников помогает выявить общие темы и расхождения в интерпретации исторических событий, что способствует более глубокому пониманию сложной и многогранной истории региона, а также проливает свет на роль Кашмира как культурного и политического центра, его взаимоотношения с соседними регионами и влияние на Индийский субконтинент в целом. Это дает возможность рассматривать историю Кашмира не изолированно, а в контексте более широких исторических процессов, происходивших в Южной Азии.
В статье предпринята попытка проследить эволюцию семантики арабского корня raqa‛ и его лексических ответвлений (отглагольных имен, причастий и т. д.) в новоперсидских и арабских мусульманских текстах и сопоставить ее с семантикой аналогичных образований от того же общесемитского корня в библейско-арамейских текстах Священного Писания. Сопоставление обнаруживает необычайное многообразие лексики, образованной от корня raqa‛ в мусульманских текстах позднего средневековья, по сравнению с ее бедностью в библейскоарамейских текстах античности. Автор объясняет это специфическим содержанием книг Ветхого Завета, в которых очень часто присутствует прославление единого Бога–Творца Вселенной и осуждение идолопоклонства. И то и другое сопровождается постоянными определениями, строго регламентированными и не допускающими отклонения от нормы.
Буддхапалита и Чандракирти опирались на разные традиции комментирования ММК, причем традиция, отраженная в «Прасаннападе» Чандракирти, стоит ближе к автокомментарию Нагарджуны «Акутобхая», чем традиция Буддхапалиты, хотя концептуально обе они практически тождественны друг другу. Причинность в них понимается как закон, пронизывающий всё сансарическое сущее и делающий всё сущее пустым, ибо непусто могло бы быть только то, что является причиной самого себя. Но возможность существования таких реалий в буддизме отрицается, ибо, если бы сансарическое бытие опиралось на что-то самосущее, то сансара была бы непреодолимой. В обеих традициях прослеживается понимание отношения причины и следствия как хронологически «смежных» друг с другом. Однако все суждения, представленные выше, истинны только на относительном уровне, с абсолютной же точки зрения они опираются на различия между истинным и ложным, осмысленным и бессмысленным, бытием и небытием, субъектом и объектом суждения и т. д., а следовательно, пусты. Поэтому пусто в абсолютном смысле и любое суждение о причинности.
Продолжая исследовать вопрос, как, откуда и когда возникла так называемая докетическая христология, автор обращается к гностическим текстам II–III вв., которые, дошедшие до нас по-коптски в переводах с греческого, надежно засвидетельствовали такую христологию во всем ее многообразии. Автор, ранее проанализировав синоптические евангелия (см. Ч. 1), послания ап. Павла (см. Ч. 2.1; 2.2; 2.3; 2.4) и сочинения Иоаннова корпуса (Ч. 3.1; 3.2), в этой части статьи обращает внимание на такие тексты из Наг Хаммади и из так называемого Кодекса Чакос, как «Второе слово великого Сифа», «Апокалипсис Петра», «Евангелие Иуды» и т. д., в которых докетическая идея (в виде идеи о «заместительном» распятии) нашла свое отчетливое выражение.
В настоящей публикации представлены тексты стихотворных славословий японского буддийского монаха, мыслителя, основателя японской школы «Истинной веры Чистой земли» (яп. дзё: до синсю:) Синрана 親鸞 (1173–1262), в которых он обращается к одному из пяти основателей «школы Чистой земли» (кит. цзинту-цзун), китайскому монаху Тань-луаню 曇鸞 (476–542). В своих славословиях Синран называет Тань-луаня «изначальным наставником», «первоучителем», а также бодхисаттвой, учителем, Великим учителем. Тексты даются на японском языке с транскрипцией, русским переводом и примечаниями.
В санскритской части Сериндийского фонда ИВР РАН, по последним данным, насчитывается 667 единиц хранения, представляющих собой рукописи текстов буддийского содержания. Из них около 100 наиболее крупных и хорошо сохранившихся рукописей были изучены и введены в научное обращение российскими и зарубежными исследователями. При этом в фонде остается большое количество неопубликованных письменных памятников в виде разрозненных рукописных фрагментов. Среди еще не исследованных буддийских рукописей на санскрите в Сериндийском фонде важное место занимают фрагменты основополагающих сочинений махаяны — сутр Праджняпарамиты (санскр. prajñāpāramitā — «Сутры Совершенной мудрости»). Как удалось установить, в Сериндийском собрании, в коллекции Н. Ф. Петровского под шифрами SI 3492 и SI 3650 хранятся три санскритских фрагмента, содержащие отрывки из «Панчавимшатисахасрика Праджняпарамита-сутры» («Сутра Совершенной мудрости в 25 000 строф»). Содержание и внешние характеристики показали, что все три фрагмента — это распавшиеся на части обрывки одной рукописи, которые не только относятся к одному и тому же листу потхи, но и непосредственно соединяются друг с другом. Настоящая статья содержит описание фрагментов, транслитерацию и сопоставление рукописи с критическим изданием санскритского текста сутры, перевод и факсимиле фрагментов до и после соединения.
Издательство
- Издательство
- ИВР РАН
- Регион
- Россия, Санкт-Петербург
- Почтовый адрес
- Дворцовая наб., 18
- Юр. адрес
- Дворцовая наб., 18
- ФИО
- Попова Ирина Федоровна (Директор)
- Контактный телефон
- +781 (23) 158728_