Публикации автора

«Летопись Сибирская», созданная тобольским ямщиком Иваном Черепановым во второй половине XVIII в., является образцом позднего сибирского летописания. Исследователи обратили на нее внимание еще в XIX в., но до сих пор она не опубликована. Л. А. Ситниковым выявлено десять списков этой летописи, из которых три были сделаны в XVIII в. Наибольший интерес представляет Мазуринский список (РГАДА), в котором отразилась поздняя авторская доработка текста. В Черепановской летописи собран большой объем информации по региональной истории, астрономии, этнографии и пр., поэтому представляется продуктивным проводить анализ этого источника по тематическим блокам. В статье рассмотрено описание в Черепановской летописи истории православных святынь Сибири XVII в. Установлено, что для написания своего текста Черепанов привлекал рукописные Сказания об обретении чудотворной Абалакской иконы Знамения Богородицы, о явлении Казанской иконы Богородицы в Тобольске, о прославлении образа Всемилостивого Спаса в Софийском соборе, Житие Симеона Верхотурского и, возможно, Житие Василия Мангазейского, а также легенду о почитаемой иконе Успения Богородицы Далматовского монастыря. Опираясь на тексты этих литературных произведений, летописец преследовал цель сообщить лишь историю появления той или иной святыни. Показано, что он выработал авторский подход к изложению информации из использованных источников, заключавшийся в исключении пространных предисловий, нравоучительных отступлений и описаний многочисленных чудес, в выстраивании событийной линии в соответствии с принципами, присущими летописным текстам, в модернизации лексики и синтаксиса. Основательная редакторская работа Черепанова по адаптации литературных произведений к летописному жанру не может оцениваться как простая компиляция.

Как складывалось сакральное пространство православных епархий в XV–XVII веках? Можно ли определить закономерности в посвящении православных церквей определенным святым? Участники дискуссии анализируют эти вопросы, опираясь на опыт собственных исследований на разных территориях Московской Руси — европейской части и Сибири. Исследования показывают, что строительство храмов и посвящение их православным святым, православным праздникам — это своеобразный индикатор духовного освоения территории, ее обживания. Динамика посвящений престолов городских и монастырских соборов, городских и сельских приходских церквей отражает особенности формирования приходской структуры, показывает взаимосвязь общегосударственных и локальных процессов. Изучение церквей Московской Руси становится репрезентативным после появления детальных описаний сельского пространства в конце XV в. Трансформации социальной структуры государства, изменения внутренних и внешних границ приводят к динамичным изменениям в посвящениях престолов церквей и изменениям в приходской структуре.

Инкорпорация Сибири в административную и хозяйственную структуру Российского государства в конце XVI - XVII в. - сложный и многоаспектный процесс. Вопрос об участии в нем институтов Русской православной церкви, в частности Тобольского архиерейского дома, рассматривается в историографии с XIX в. Утвердилось представление о широких полномочиях первых сибирских архиепископов по надзору и контролю за деятельностью местных воевод, но внимание на практическую реализацию этих функций не обращалось. Цель статьи - выяснение степени вовлеченности представителей Русской православной церкви в светскую административно-управленческую деятельность в Сибири XVII в. Источниковой базой исследования стали переписка центральных органов власти с архиереями и уездными воеводами, царские и воеводские наказные памяти приказчикам слобод, челобитные и таможенные книги из российских архивов и опубликованных сборников документов. Показан процесс поиска московскими властями управленческих решений. Основными причинами устремлений правительства вовлечь в административно-хозяйственную деятельность представителей Русской православной церкви были слабость центр-периферийных связей, низкая исполнительская дисциплина местных администраторов, нерешенность насущной проблемы продовольственного обеспечения региона. Исходя из этого формировался круг внецерковных обязанностей, к которым светская власть пыталась привлечь высшее руководство епархии и приходское духовенство. Конкретными примерами проиллюстрированы практики реализации этих намерений. Сделан вывод, что попытки возложить на первого сибирского архиепископа Киприана проведение переписи населения западносибирских уездов, упорядочивание землепользования и налогообложения, а также зафиксированные в наказах полномочия надзора архиереев за местными администраторами скорее носили декларативный характер, чем являлись реальными функциями. Существенное значение для центральной власти имело то, что архиепископы были независимым от воевод каналом ее связи с населением Сибири и информатором о состоянии дел в отдаленном регионе. В действительности вовлеченными в управленческую деятельность оказывались приходские священники и церковнослужители. Приходское духовенство участвовало в приемке зерна в государственную казну, следило за добросовестным выполнением целовальниками и выдельщиками своих обязанностей. Архиепископ Симеон пытался освободить священников от этой обременительной обязанности, но московская власть не пошла на полный отказ от этой практики. Будучи грамотными людьми, священники заверяли учетные документы и челобитные. Одновременно в силу своего духовного статуса они выступали своеобразными гарантами соблюдения государственных интересов в хозяйственно-экономической сфере и достоверности сообщаемой информации.