Публикации автора

В статье рассматривается книга журналиста-международника М. Б. Ефимова «Послы России в Японии (XIX—XX века)», представляющая собой первое исследование, в котором приводится информация о всех послах, которые представляли Россию в Японии с момента установления официальных дипломатических отношений в середине XIX века до конца XX столетия. Автор использует огромное количество фактического материала, сопровождает повествование рассказом об эпохах и исторических событиях, служивших фоном для деятельности послов Российской Империи, Советского Союза и Российской Федерации. Последние главы особенно ценны тем, что содержат значительный объем личных воспоминаний автора, бывшего непосредственным свидетелем многих из описываемых им событий.

12 февраля 2026 г. в Институте Китая и современной Азии РАН прошел семинар, посвященный итогам внеочередных выборов в палату представителей японского парламента, состоявшихся 8 февраля 2026 г. Участники семинара подробно проанализировали предпосылки, ход и итоги выборов. В числе причин убедительной победы либерал-демократов участники семинара выделили высокий личный рейтинг премьера Такаити Санаэ, достигший перед выборами 70 % и во многом связанный с успешным использованием имиджевых технологий для повышения ее популярности среди избирателей; гендерный фактор, связанный с приходом первого в Японии женщины-премьера; давление со стороны Китая с целью заставить Такаити отказаться от ее высказываний в парламенте по тайваньскому вопросу, которое вызвало патриотический подъем в стране и сплотило избирателей вокруг лидера страны. Отдельно было проанализировано неудачное выступление оппозиции, в частности, объединение Конституционно-демократической партии и Комэйто, не подкрепленное целостностью программных установок нового Центристского альянса, что дало основание уподобить его попытке соединить масло и воду. Неуспешной была для новой партии, которая выступила на выборах основным оппонентом ЛДП, и предвыборная кампания, в ходе которой центристы пытались апеллировать к пацифистским ценностям, не находящим отклика среди молодежи. Участники семинара пришли к выводу о том, что победа ЛДП во главе с лидером ее ястребиного крыла отражает правый поворот в японской политике, который коррелирует с общими электоральными тенденциями в мире. Кроме того, за победой Такаити во многом стоят опасения японцев остаться в одиночестве в условиях правления президента США Д. Трампа.

В октябре 2025 г. к власти в Японии пришел кабинет Санаэ Такаити, которая 4 октября была избрана председателем Либерально-демократической партии и стала первым за всю истории Японии женщиной-премьером. 30 октября 2025 г. в МГИМО-университете прошел семинар, посвященный политическим событиям прошедшего месяца: внутрипартийной борьбе на выборах председателя партии, распаду правящей коалиции в связи с уходом из нее партии Комэйто, а также формированием новой «коалиции меньшинства» с участием Партии обновления Японии. Участники семинара подробно проанализировали эти события, рассмотрели внутриполитические проблемы, стоящие перед кабинетом Такаити и дали собственное видение перспектив развития ситуации, как в социально-экономической сфере, так и в области внешней политики. В данной публикации содержится стенограмма этого семинара.

The Gulf War (1990–1991) became a watershed event for Japan’s foreign policy, testing its readiness to address the challenges of the post-Cold War world. However, one can hardly say that Japan successfully passed this test. Despite substantial pressure from the United States and heated debates in the Diet and beyond it, Japan failed to make any contribution to the resolution of the crisis other than providing financial aid. Neither the plan to send peacekeepers to assist the U. S.-led coalition nor the proposal to dispatch JASDF aircraft for the evacuation of refugees were realized. The only “human contribution” Japan made was sending JMSDF minesweeper vessels to the Persian Gulf, but even this was done after the active phase of the hostilities was over. This severely harmed Japan’s image in the world and simultaneously served as stimulus for change, leading to Japan assuming a more active international role from the 1990s on. The present article focuses on the domestic political background of Japan’s reaction to the Gulf crisis. It shows how the factors including the political weakness of the prime minister, factional nature of the ruling party, the situation of the “twisted Diet,” where the LDP did not control the House of Councillors, as well as political opportunism of the opposition, insufficient support for the government’s proposals from public opinion, and the general focus on minor and technical details, rather than strategic foreign policy goals, combined to cause a paralysis of the decision-making mechanism. The study of this historical episode will, among other things, help us to better understand the roots of present-day Japanese foreign policy

Префектура Окинава занимает особое место среди регионов Японии. До конца XIX в. на ее территории располагалось отдельное королевство Рюкю, находившееся в зависимости от и испытывавшее влияние со стороны как Японии, так и Китая. В 1879 г. оно было включено в состав Японской империи и долгое время находилось на положении де-факто колонии. В 1945 г. остров Окинава стал ареной ожесточенных сухопутных боев, унесших жизни почти 200 000 человек. В статье рассматриваются наиболее распространенный нарратив относительно истории префектуры и в особенности трагедии Второй мировой войны. Показывается, что в довоенный период статус окинавцев в Японской империи был неоднозначным. С одной стороны, с точки зрения японских властей и японского общества в целом они были отделены от жителей основной части страны, что закреплялось и экономической отсталостью региона, и тем, что с административно-политической точки зрения его статус не соответствовал положению других префектур еще на протяжении нескольких десятилетий после аннексии. С другой стороны, показывается, что и другим народом, однозначно отличающимся от жителей основной части страны, окинавцы считались далеко не всегда, подчас воспринимаясь как отдельная «ветвь» собственно японцев. В этом смысле их положение радикально отличалось от статуса жителей Тайваня и Кореи. Такой неоднозначный статус окинавцев в общественном дискурсе Японии до 1945 г. предопределил и то, как уже в послевоенный период ими воспринимается опыт Второй мировой войны. Мемориалы и иные коммеморативные объекты продвигают нарратив, согласно которому окинавцы были только и исключительно жертвами войны, причем в некоторых случаях едва ли не главными виновниками их страданий были японские военные, а не американцы или абстрактные «бедствия войны» в целом. Этот нарратив продолжает определять идентичность окинавцев и по сей день, влияя на их отношение к центральным властям, японо-американскому военно-политическому союзу и проблеме американских военных баз на Окинаве.