Публикации автора

В статье анализируются проблемы организации производства в СССР моторизованных транспортных средств для инвалидов. Исследование базируется на делопроизводственных документах из фондов Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Российского государственного архива экономики (РГАЭ), Российского государственного архива новейшей истории (РГАНИ). Технико-эксплуатационные характеристики мотоколясок специалистам известны, однако специфика производства на Серпуховском мотоциклетном заводе, ставшем с 1951 г. единственным в СССР предприятием, выпускавшим эту продукцию, освещена недостаточно. Изученные материалы свидетельствуют о невозможности завода освоить выпуск технически сложной машины. Мотоколяски, помимо конструктивных недоработок, отличались низким качеством исполнения. Их себестоимость оставалась высокой, что обусловливало убыточность завода. В статье уточняются обстоятельства начала проектирования в СССР микролитражных автомобилей с возможностями их использования для нужд лиц с физическими увечьями. Приводятся материалы дискуссии по вопросу целесообразности разработки полноценного автомобиля или конструктивного усовершенствования мотоколясок. Сделан вывод, что причиной медленной реконструкции Серпуховского мотоциклетного завода и «нетехнологичного» производства мотоколясок являлось нежелание Министерства автомобильной промышленности и дирекции завода всерьез заниматься внедрением трудоемких операций на фоне параллельной разработки принципиально иного проекта транспортного средства с возможностью ручного управления. В итоге вместо разработки функциональной специализированной машины руководство страны сделало выбор в пользу выпуска общей модели микролитражного автомобиля и модификации ее для нужд инвалидов.

В статье на основе широкого круга источников (делопроизводственных документов партийных и советских органов, медицинских учреждений, а также дневников и воспоминаний ленинградцев) анализируется работа столовых повышенного типа в блокированном Ленинграде в апреле - июле 1942 г. Эти столовые предназначались для усиленного питания ослабленных дистрофией горожан без отрыва от производства. В этих целях был разработан специальный рацион, по энергетической ценности почти в два раза превосходивший калорийностью обычный ленинградский блокадный паек. С учетом установленного ленинградскими врачами факта преимущественной роли белкового голодания в этиологии алиментарной дистрофии, особое значение придавалось наполнению рациона жи- вотными белками и их растительными заменителями (казеин, соя). Отбор в столовые и регулярное наблюдение за изменением состояния посетителей возлагались на врачей поликлиник и амбулаторий. В статье приводятся данные о результативности усиленного питания, а также анализируются организационные проблемы, присущие работе столовых повышенного питания (бюрократизм, антисанитария, невыполнение положенных раскладок). Авторы приходят к выводу, что ряд необходимых, с точки зрения врачей, мероприятий (удлинение срока пребывания на усиленном рационе, повторное прикрепление к столовой) рассматривались руководством города как злоупотребления, что и послужило одной из причин свертывания сети. Несмотря на краткий период существования столовых повышенного типа, опыт организации усиленного питания в них имел важное значение для борьбы с голодной смертностью, разработки принципов терапии алиментарной дистрофии, преодоления последствий специфических блокадных болезней.

Внутриполитические события в Российской империи в начале ХХ в. актуализировали общественные дискуссии о путях развития отечественной системы образования, в том числе о качестве преподавания в низшей школе. На нее возлагались не только функции просвещения народных масс и обучения их элементарным навыкам (умению читать, писать, совершать несложные арифметические действия), но и задачи по формированию мировоззренческих установок у подрастающего поколения. Основные дискуссии велись между сторонниками так называемого антропологического направления педагогики, делавшими акцент на приоритете общечеловеческих ценностей, и теми, кто выступал за усиление национальной составляющей русской школы и признавал правильную (выдержанную в патриотическом ключе) подачу исторических знаний одним из сильнейших факторов формирования детской картины мира. Указанные разногласия обусловили отсутствие в педагогическом дискурсе единого мнения относительно изучения прошлого родной страны в рамках кратковременного пребывания учеников в стенах народной школы. В предлагаемой статье анализируются различные подходы отечественных педагогов к содержанию программ начального обучения (в частности, к вопросу о целесообразности включения в них разделов по истории), к методам и формам преподавания; характеризуются взгляды представителей общественности на учебные книги, употреблявшиеся в качестве пособий к урокам по отечественной истории. Отстаивается тезис, что в отсутствие политического консенсуса в обществе и единой государственной политики в вопросах образования объем и качество преподавания истории всецело зависели от личности народного учителя и присущих ему ценностных ориентиров.