Публикации автора

В статье исследуются трудности перевода термина anti-suit injunction на русский язык, обусловленные различиями между англо-американской и российской правовыми системами. Будучи инструментом системы общего права, ASI не имеет прямых аналогов в континентальной правовой традиции, что приводит к терминологической вариативности: от калькирования до описательных конструкций. Анализируются существующие варианты перевода, их преимущества и недостатки, а также то, как указанный инструмент соотносится с введенными изменениями в ст. 248.1 и ст. 248.2 АПК РФ. Несмотря на сходство функционального назначения, различие между исследуемыми юридическими механизмами заключается в их правовой природе: отечественный инструмент основан на императивных нормах российского права, тогда как ASI базируется на дискреционных полномочиях суда. Особое внимание уделяется лингвистическим и правовым аспектам, включая семантическую точность, адаптацию термина в профессиональном дискурсе и риски недопонимания. В заключении освещаются критерии выбора оптимального эквивалента, сочетающего лаконичность и юридическую корректность.

Цель работы: обосновать онлайн-механизм направления иностранных судебных поручений.

Методы исследования: системный анализ, специальные юридические методы: сравнительного правоведения (компаративистский), формально-юридического толкования и правового моделирования.

Результаты исследования: ввиду устаревания механизма, предусмотренного в Гаагских конвенциях (Гаагская конвенция по вопросам гражданского процесса 1954 г., Гаагская конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам 1965 г. и Гаагская конвенция о получении за границей доказательств по гражданским и торговым делам 1970 г.) обосновано предложение внедрить электронное судебное поручение (ЭСП, англ.: Electronic Letter Rogatory, e-LR) и трансграничную платформу ЭСП, что обеспечит высокую эффективность (оперативность, согласованность и экономичность) обмена информацией между судебными органами разных юрисдикций; обоснован вывод, что применение электронного судебного поручения и трансграничной
платформы имеет перспективу развития в качестве одного из альтернативных порядков при направлении иностранных судебных поручений.