Данный текст представляет собой реплику на статью Е. В. Борисова «Прямое решение проблемы Крипке». В основании предложенного решения проблемы скептицизма относительно значения языкового выражения лежит представление о языке и речевой активности, ограниченное актом употребления. Подобный усеченный и односторонний вариант анализа языка представляет собой картину, где единственным субъектом, способным понимать значения слов, является непосредственно сам агент речи. Хотя данный подход частично позволяет разрешить скептическую проблему, она возникает вновь тогда, когда мы обращаем внимание не на агента речи, а на реципиента, на которого направлена речевая активность
В статье рассматриваются предложенные Борисовым условия теоретико-множественных парадоксов, а также его критика подхода Ладова к единому решению парадоксов. Показывается, что позиция Борисова сталкивается с двумя сложностями. Во-первых, предложенное различение теоретико-множественных парадоксов на типы I и II не до конца релевантно. Как минимум парадокс Ришара, одним из условий которого Борисов определяет лингвистический аспект, может быть интерпретирован без использования лингвистических понятий. Во-вторых, предложенная терминология (негативные и позитивные формулы) является релевантной лишь формально, тогда как в действительности носит спекулятивный характер. Также затрагивается вопрос о рассмотрении в качестве необходимого условия для теоретико-множественных парадоксов выводимости противоречия из самореферентной посылки
Представлена критика работы А. В. Нехаева «Добрый ангел Катца против злого демона Крипке: аргумент привилегии, алгоритмы и семантический платонизм». Предложенный проект семантического платонизма в качестве решения скептической проблемы следования правилу сталкивается с рядом сложностей. Неясной и требующей уточнения оказывается познавательная доступность смыслов как семантических структур. Ставится под вопрос отождествление Нехаевым семантической структуры языкового выражения и ее синтаксической структуры.