Статья посвящена исследованию на примере Австралийского Союза проблем работы с цифровыми активами в процедурах личного банкротства. Исследуются правовые и практические аспекты выявления, идентификации, установления контроля над цифровыми активами должника-физического лица с целью их включения в конкурсную массу для реализации в интересах кредиторов. Использованы диалектический метод, формально-юридический и юридико-догматический методы, а также методы системного анализа и правового моделирования. Ключевые результаты исследования демонстрируют, что цифровые активы существенно усложняют процедуру банкротства из-за своей децентрализованной природы, анонимности и трансграничности. Авторы выделили основные проблемные моменты, связанные с идентификацией владельцев активов, отслеживанием транзакций, получением контроля над криптокошельками должника, включением и возвращением цифровых активов в конкурсную массу, а также с оценкой их стоимости с целью реализации в рамках процедур банкротства, применяемых к физическим лицам. Установлено, что в Австралийском Союзе цифровые активы считаются имуществом в контексте банкротства, но при этом отсутствуют специальные нормы их регулирования в соответствующих процедурах. Правовой режим цифровых активов с точки зрения австралийского конкурсного права регулируется правовыми нормами, касающимися имущества должника в целом, которые приходится адаптировать ввиду уникальной нематериальной и децентрализованной природы цифровых активов. Разработанные регулятором практические рекомендации для лиц, управляющих активами должника и администрирующих соответствующие процедуры личных банкротств, включающие в себя различные методы выявления цифровых активов, рекомендации по анализу доказательств транзакций, механизмы взаимодействия с должником, охватывают далеко не весь спектр потенциальных проблем, которые могут возникнуть на практике.
Основные выводы исследования подчеркивают необходимость создания сбалансированного регуляторного подхода, который бы стимулировал добровольное раскрытие информации о цифровых активах и препятствовал недобросовестному поведению должников. Для недобросовестных должников следует развивать комплекс существующих мер, направленных на принудительное обнаружение цифровых активов и их включение или возврат в конкурсную массу.
Последовательная криминализация нелегальной деятельности, связанной с привлечением денежных средств населения, предоставлением потребительских кредитов, возвратом просроченной задолженности физических лиц в рамках самостоятельных составов ст. 172, 171, 172 Уголовного кодекса, актуализирует потребность оценки адекватности избранных государством мер реагирования на противоправные действия провайдеров финансовых услуг.
Методологическую основу исследования составляют общенаучные (анализ и синтез, диалектика) и частно-научные методы (системно-структурный, формально-юридический и статистический) научного познания. Выявив предпосылки регламентации социально отклоняющегося поведения в рамках специальных норм и определив конструктивные признаки охватываемых ими составов, автор скептически оценивает перспективы реализации новых запретов и критикует использование резервов уголовного закона для регулирования соответствующих отношений. Универсальность общих норм, по мнению автора, обеспечивает уголовно-правовую защиту интересов потребителей финансовых услуг. Казуистичность определения преступного деяния, охватываемого ст. 172, исключает применение указанной нормы к трансформирующимся пирамидальным схемам привлечения денежных средств. Закладывая в конструкцию состава ст. 171 преюдиционный элемент и игнорируя факторы, исключающие применение ст. 14.56 КоАП, законодатель блокировал реализацию запрета в условиях распространенности правонарушений. Реализация авторских предложений в части изменения практики определения момента окончания правонарушения, предусмотренного ст. 14.56, и взыскания задолженности по договорам займа обеспечит неотвратимость ответственности ростовщиков, создав условия для сокращения соответствующего теневого сектора экономики без императивного регулятора. В статье отмечаются технико-юридические дефекты конструкции состава ст. 172, влекущие неодинаковую правовую оценку и наказуемость объективно схожих деяний, совершенных легальными и нелегальными коллекторами, а также исключающие последовательную выдержанность нового запрета в повышенном порицании профессиональных участников финансового рынка. Оценивая решение законодателя об установлении ответственности за незаконную деятельность по возврату простроченной задолженности как криминализационно избыточное и необоснованно пенализированное, автор прогнозирует судебную депенализацию соответствующих действий.
Практика реализации принципов ESG, связанных с окружающей средой, обществом и корпоративным управлением и направленных на достижение целей устойчивого развития, стремительно распространяется по всему миру. Принципы ESG все чаще рассматриваются как ориентиры для менеджеров, финансовых аналитиков, инвесторов и других заинтересованных лиц в развитии социально ориентированного бизнеса. В статье рассмотрены особенности реализации принципов ESG в российском корпоративном управлении. Отмечается, что появление и широкое использование указанных принципов обеспечивает развитие социального и экологического предпринимательства, ориентированного на общее благо. Подчеркивается, что эти принципы связаны с принципом добросовестности предпринимательства, принципом свободы договора и другими принципами корпоративного права, хотя прямо в нем не закреплены. Указанные принципы находят отражение в таких источниках мягкого права, как кодексы корпоративного управления. Развитие нормативно-правового регулирования, регламентирующего ответственные цепочки поставок, способствует распространению практики внедрения в корпоративное управление принципов ESG.
Целью исследования является характеристика складывающейся модели реализации этих принципов в российском корпоративном управлении, обзор практики реализации данных принципов в российских компаниях, выявление проблем и перспектив их развития. Авторы приходят к выводу, что гибкая модель правового регулирования в области ESG, которая ныне реализуется в России, является наиболее оправданной в настоящее время. Она сочетает нормативное закрепление минимальных стандартов с рекомендательными документами Банка России и Минэкономразвития, которые корпорации используют как ориентир. Это дает корпорациям возможность реализовывать ESG-принципы в локальных нормативных актах в свете специфики их предпринимательской деятельности и системы корпоративного управления. Вместе с тем целесообразно закрепить в корпоративном праве принципы корпоративного управления в соответствии со стандартами ESG: принцип «разъясняй или соблюдай», принцип соблюдения интересов всех заинтересованных сторон и принцип учета всех рисков на основе концепции «двойной существенности».
В статье рассмотрена проблематика использования цифрового рубля в качестве национальной цифровой валюты. Автор отмечает актуальную тенденцию многих стран по внедрению цифровых валют центральных банков, начало которой в некоторых государствах было положено в 2020 г. Цифровой рубль, эмитируемый и контролируемый Центральным банком России, позволит облегчить доступ населения и бизнеса к цифровым инструментам, повысить привлекательность трансграничных платежей. Мировой опыт введения цифровых валют в правовые и финансовые системы центральных банков показал, что таковые уже применяются или находятся на финальных этапах внедрения в Китае, Сингапуре, Республике Корея и ряде других государств. Анализ нормативной базы цифровых валют центральных банков указанных стран продемонстрировал целостность законодательного регулирования правового статуса новых цифровых активов. В статье выявляются проблемы правового регулирования цифрового рубля в России, связанные с отсутствием комплексного законодательного закрепления института и основных принципов функционирования цифрового рубля. В настоящее время регулирование данной финансовой единицы находится в основном в сфере актов Центрального банка. Кроме того, имеется невысокое качество смежной правовой базы, допускающее коллизии, в частности, одновременные разрешение и запрет использования цифровых валют в качестве платежного средства и встречного предоставления в Российской Федерации. В связи с этим на основе обобщения опыта иностранных государств в статье рассмотрены приоритетные направления совершенствования законодательства, выражающиеся в принятии закона «О цифровом рубле Российской Федерации», во внесении изменений в закон «О цифровых финансовых активах», а также в корректировках подходов ко внедрению цифрового рубля в финансовую систему России. Это позволит обеспечить полноценное функционирование цифрового рубля и снизить риски участников финансового рынка. Исследование базируется на сравнительно-правовом и формально-юридическом методах, а также на общенаучных методах анализа, синтеза, индукции и дедукции.
Система требований к членам органов управления включает элементы, активно обсуждаемые в доктрине в последнее время. Исследование социально-групповых квот в коллегиальных органах управления является актуальным. В российском законодательстве и судебной практике до сих пор не решен вопрос о возможности квалификационных требований к лицам, входящим в состав органов управления.
Предметом исследования в настоящей статье являются элементы системы требований к членам органов управления, вызывающие наибольшее число споров в науке и практике, - квалификационные требования (к стажу, образованию, деловым качествам) и квоты в коллегиальных органах управления, за счет которых устанавливаются требования к части мест. Используя общенаучные (анализ, синтез) и специальные юридические (историко-правовой, сравнительно-правовой, юридико-догматический, социологический) методы, автор выдвигает следующие гипотезы: поскольку по своей правовой природе отношения директора и общества являются гражданско-правовыми, последнее свободно в определении того, какими качествами должны обладать члены его органов (как и его контрагенты либо представители); вместе с тем возможно публично-правовое вмешательство путем квотирования мест в коллегиальном органе управления различными способами (установление квот для социальных групп, участие работников в управлении, включение представителей государства по «золотой акции», квотирование миноритарных акционеров и введение независимых директоров). В статье обосновывается соотношение необходимости квалифицированного управления и корпоративной демократии, оцениваются различные основания введения квот (как в общем, так и применительно к российскому корпоративному управлению), предлагается применение лучших практик корпоративного управления (введение «идеальной процедуры избрания», «подталкивание» посредством описания лучших практик, включение лиц, не являющихся членами совета директоров, в комитеты совета директоров либо создание отдельных совещательных органов). Выдвигаются параметры, с помощью которых можно проверить обоснованность введения квоты и ее влияние на заинтересованных лиц хозяйственного общества.