В статье исследуются параметры полевой работы, проводившейся на Таймыре сотрудниками сектора Севера Института этнографии АН СССР. На основе анализа архивных материалов и публикаций реконструируются особенности таймырских экспедиций, включая их организационные рамки, сроки и географический охват. Конкретные связи полевых практик и текстов прослеживаются на примере работ В. И. Васильева. Авторы показывают, как краткосрочный и маршрутный характер большинства экспедиций зависел от теоретической структуры послевоенной советской этнографии, сочетавшей «анучинскую программу» естественной истории человека и марксистский историзм. Эта методологическая база определила фокус на изучении народов в целом (а не отдельных локальных групп), необходимость широкого географического охвата и комбинирование различных типов источников. Авторы демонстрируют отличие данного подхода от довоенной ленинградской этнографической школы с её установкой на длительное стационарное изучение. Авторы выражают благодарность начальнику отдела архива ИЭА РАН В. В. Слисковой за помощь в подборе архивных дел; С. С. Алымову и И. В. Кузнецову за обсуждение черновика статьи; заведующей отделом Севера и Сибири ИЭА РАН Е. А. Пивневой, а также сотрудникам отдела Е. П. Батьяновой и А. А. Сириной за поддержку наших начинаний в области истории этнографической науки; М. А. Мочаловой и А. А. Путину за совместную работу с таймырскими материалами, приведшими к обсуждаемым в статье вопросам; М. Г. Кучинскому и В. С. Михайловой за консультации по работе над картами. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
С появлением в России этнографических знаний, т. е. исследований национальностей и этнических групп, населяющих территорию страны, карты стали использоваться для характеристики этнического состава российского общества. Размышляя о роли Интернета в повседневном общении, современные этнографы дополняют традиционные методы так называемой киберэтнографией: изучением онлайн-коммуникации внутри этнических сообществ и между ними. Задача данной статьи заключается в исследовании возможностей использования картографии для визуализации не физического, а виртуального пространства (межэтнической) коммуникации. В качестве объекта картографирования выбрана виртуальная этничность коренных малочисленных народов (КМН) России. Посредством картографирования виртуального пространства мы попытались определить современные тренды и тенденции в репрезентации идентичности КМН, а также выявить роль традиции и новации в их этнической культуре. Рассматривается виртуальный опыт трех этнических групп - води (Ленинградская область), бесермян (Республика Удмуртия) и нагайбаков (Челябинская область). Соединение одной из древнейших технологий картографирования и нового метода киберэтнографии дает возможность детализированного учета этнического взаимодействия в цифровом пространстве. Подобно различным ракурсам в кино, с помощью картографического исследования и анализа баз данных мы наблюдаем - укрупненно или отдаленно - за процессами динамики и статики, активизации и пассивизации в сети. Данная работа - первая попытка опробовать инструменты ГИС-технологий для КМН в цифровом пространстве, а последующие исследования имеют перспективы углубления и расширения, детальной проработки с привлечением дополнительных источников и материалов. Социальные сети дают возможности визуализированного отображения этничности, а как ее охватить, изучить и представить зависит порой не только от конкретного инструментария, но и от фантазии исследователя. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Киберпространство предоставляет цифровые инструменты для создания виртуальных этнических сообществ и распространения информационного контента, отражающего этнокультурные традиции и ценности, что способствует формированию новых технологий репрезентации этничности. Появление онлайн-платформ и веб-сообществ, а также использование цифровых медиа для сохранения и трансляции этнокультурного наследия открыло новые возможности и для коренных малочисленных народов, сталкивающихся с угрозой утраты своей уникальной культуры в эпоху глобализации. Саамы Мурманской области -один из коренных малочисленных народов Российской Федерации, демонстрируют успешную адаптацию к современным информационным технологиям и создают собственные киберсообщества. Они используют различные онлайн-платформы, включая социальные сети и мессенджеры, не только для общения и расширения социальных контактов, но и с целью этнической манифестации. В рамках данной статьи рассмотрены виртуальные практики репрезентации этнической культуры кольских саамов в киберсообществе. Анализ контента наиболее популярного саамского веб-сообщества в социальной сети «ВКонтакте» («Самъ оллмэ vkontakte. ru / Саамы вконтакте») позволил выявить ключевые темы, которые активно обсуждаются внутри данной виртуальной группы и служат цели актуализации этнической идентичности. Автор заявляет об отсутствии конфликтов интересов.
В декабре 2022 г. был опубликован пятый том Всероссийской переписи 2021 г., который представил новые сведения по языковому и национальному составу населения страны. Особенную значимость перепись представляет для групп коренных малочисленных народов, поскольку их числовые показатели являются одним из критериев включения в «Единый перечень коренных малочисленных народов России». В статье рассматриваются сюжеты четырех народов, у которых произошли изменения в количественных показателях в период между 2010 и 2021 гг.: у сойотов и тубаларов исследуются причины увеличения численности, у нагайбаков и шапсугов - уменьшения. Отдельно изучаются бесермяне, количество которых осталось прежним, однако их стратегия подготовки к переписи представляет интерес для данной работы. Цель работы заключается в изучении условий и обстоятельств, которые привели к колебанию численности этнических групп. Как показывает исследование, изменение численности связано не с демографическими причинами, а является следствием социокультурных процессов, происходящих в сообществе. Бурятским сойотам важно возрождение собственной культуры и сохранение памяти о предках. Для тубаларов значимость представляет не только именование себя представителем этнической группы, но и поддержка ее культурного потенциала. Последние 10 лет нагайбаки находятся в этническом успокоении, однако новые обстоятельства способны активизировать интерес к своей идентичности. Разные именования шапсугов дают им возможность выбора обозначений себя в зависимости от текущих условий. Угроза исчезновения мотивировала бесермян к консолидации сообщества и актуализации собственной идентичности. Нельзя не отметить, что немаловажную роль в обозначении себя в переписи играет наличие преференций для коренных малочисленных народов. Не исключено, что значимость в этом представляют не сами блага, а ощущение самоценности народа через поддержку со стороны. Данное исследование демонстрирует изменчивость и дрейф этничности, а также ее зависимость от внешних и внутренних обстоятельств. Сегодня невозможно предсказать, что случится с численностью рассматриваемых этнических групп в будущем - тем интереснее и ценнее наблюдать за этим в дальнейшем. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.
Коренные малочисленные народы России существуют как отдельная категория согласно официальному перечню, включающему 47 этнических групп. Коренной народ небольшой численности сохраняется не только благодаря унаследованной от предков традиционной культуре и связи с исконной территорией своего формирования, но и благодаря сложившимся отношениям с окружающими народами. Данная тематическая рубрика включает исследование процессов и стратегий трансформации жизни коренных малочисленных народов. Как меняется образ коренных народов с течением времени? Как киберреальность сливается с реальностью, а киберэтничность становится неотъемлемой частью современной этничности? Как меняются привычные модели поведения и активности, а локальность соединяется с глобальностью? Подборка статей имеет широкий тематический и временной охват - от исследования восприятия этничности 1920-х гг. до современных реалий. Авторы изучали стратегии репрезентации этничности 1920-1930-х гг., а также современные этнические процессы, включая виртуальное взаимодействие. В статьях применяются различные инструменты для анализа современных форм этничности, в том числе картография и киберэтнография. В рубрике затрагивается тема недавно опубликованных результатов Всероссийской переписи населения среди коренных малочисленных народов, которая актуализирует и объединяет опыты позиционирования идентичности среди этнических сообществ. Надеемся, что данная подборка поможет увидеть новые ракурсы этнической идентичности коренных малочисленных народов, а новые методы и широкие тематические и временные рамки дадут возможность комплексного анализа. Результаты исследований станут подспорьем для расширения тематики, ее актуализации и акцентирования нынешних реалий. Сегодня коренные малочисленные народы сегодня отличаются адаптивностью, пластичностью и стратегическим мышлением, а изучение ресурсного потенциала их идентичности - задача современных исследователей. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.
Исследуется экспедиционная деятельность московского этнографа-тунгусоведа В. А. Туголукова в контексте проблем характеристики послевоенного этнографического североведения и выделения научных школ в советской этнографии. На основе архивных и опубликованных материалов реконструируются параметры полевых выездов, совершенных В. А. Туголуковым в разные районы Сибири и Дальнего Востока с 1955 по 1981 г. Установленные организационные и временные рамки, пространственные формы и техники сбора материала интерпретируются в свете единиц экспедиционного изучения и тематики полевых выездов. Автор показывает, что значения установленных параметров полевых выездов могут находить свое объяснение в двойственном характере этих единиц и тематики. Указываются как формальные сходства, так и существенные расхождения с практикой раннесоветских московских этнографов. Делается вывод об определяющем значении работы с документами для экспедиционной деятельности В. А. Туголукова, что позволяет рассмотреть «документальность» как отличительную черту послевоенного московского этнографического североведения. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.
Настоящее исследование посвящено феномену общественных движений, кооперирующихся для очищения скал от вандальных надписей. Работа фокусируется на знаковом поведении индивидов и сообществ в социально-антропологическом контексте, от территориального поведения вандалов до гражданских антивандальных инициатив. Материалом служат надписи на скалах Горного Алтая и исторически меняющееся отношение к ним местного населения. Основу методологии составили глубинные интервью с участниками движения «Чистый Алтай», собранные в ходе полевой работы, а также семиотическая интерпретация знакового поведения. Исследование показывает, что надписи вандалов являются низкосемантичными знаками, фиксирующими лишь физическое присутствие автора. Мотивация к их нанесению коренится в лиминальном состоянии личности, стремящейся декларировать свою субъектность в условиях общественного равнодушия. Возникновение массового волонтерского движения с середины 2010-х гг. маркирует преодоление этой социальной апатии и начало нового периода. Мотивированное сложной системой этических и эстетических идеалов, оно способствует формированию развитого гражданского самосознания и сложных идентичностей. Это находит конструктивное выражение в развитии созидательных форм туризма, что ведет к всестороннему развитию регионов и соответствует актуальным трендам антропологии туризма. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов
Сегодня цифровое пространство представляет собой относительно новую площадку для презентации этнической культуры. Одним из наиболее популярных инструментов интернет-коммуникации в последнее время выступает хэштег, который является не только средством распространения информации в социальных сетях, но и способом трансляции идентичности. В статье рассматривается функциональная значимость хэштегов, используемых среди представителей коренных народов. Как сегодня представители малых групп применяют слова с решеткой для контакта с лицами своей и чужих этнических культур? Какие задачи они ставят в использовании хэштегов? Способен ли хэштег участвовать в трансформациях этнической идентичности? Как видим на примере этнических групп хэштеги являются не только инструментом для репрезентации культуры, но способом решения определенных этнических задач. Для кряшен и нагайбаков, которым важно признание собственной идентичности, хэштег силакряшен дал потенциал кооперации этнических групп, а также возможность заявить о себе. Для шапсугов хэштег ячеркесаты оказался средством в ассоциировании себя с черкесским сообществом. Для саамов осторожнофуфло стал важным идентификационным маркером, обличающим подделки этнической культуры. Таким образом, хэштеги помимо своей функциональной значимости являются гибким и адаптивным инструментом для демонстрации культуры и решения актуальных этнических задач. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.