Поиск причин депрессии, в которой оказалось теперь оленеводческое хозяйство Чукотки - в прошлом самого успешного оленеводческого региона страны, стал темой большого числа этнологических и географических исследований. Высокий уровень развития оленеводства этого региона в 19601980-е гг. был результатом сверхусилий государственного протекционизма. Кризис 1990-х гг. привел к фактическому развалу оленеводческих хозяйств и «обвальному» сокращению поголовья оленей. Однако в разных этнохозяйственных ареалах Чукотского автономного округа судьбы оленеводства складываются по-разному. Рассмотрена судьба оленеводства в одном из районов так называемого рискованного оленеводства, расположенного на юго-востоке округа. В прошлом эта территория не использовались для зимовок оленей в связи с опасностью ледяной корки, но после первоначального землеустройства здесь были созданы оленеводческие предприятия, осуществлявшие круглогодичный выпас оленей. На основе данных Приполярной переписи 1926-1927 гг., архивных и литературных источников, рассмотрены принципы проведения землеустройства на юго-востоке Чукотки, показано их противоречие местным традициям чукотских оленеводов. Проанализированы изменения в географическом размещении оленеводства, происшедшие в результате землеустройства, и их последствия с точки зрения связанного с гололедом экологического риска. Как традиционная, существовавшая до первоначального землеустройства модель оленеводства, так и пришедшая ей на смену советская модель могли существовать лишь в определенных исторических условиях, к которыми они были адаптированы. Вопрос, какая из них соответствует экологической норме, некорректен. Общей, не зависящей от исторического периода экологической «нормы» поголовья домашних оленей в оленеводческом хозяйстве не существует. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.
Рассматриваются исторические и институциональные факторы, объясняющие кардинальные различия в развитии оленеводства в Ямало -Ненецком и Чукотском автономных округах после распада СССР. В первом регионе поголовье оленей выросло за счет активного развития частно-семейного сектора, во втором - оленеводство переживало сокращение и стагнацию, несмотря на масштабную государственную поддержку. О причинах таких различий идет активная дискуссия в печати. Анализируются материалы государственных архивов Ямало-Ненецкого и Чукотского округов и полевые материалы автора. Выявлено, что среди многих факторов важнейшим может быть ключевое различие в отношениях между частно-семейным (личным) и общественным (совхозным) оленеводством в советский период. На Ямале, несмотря на давление, частный сектор никогда не был полностью подавлен; власти вынужденно поддерживали его, осознавая его роль для коренного населения. Оленеводы Ямала использовали для сохранения личных стад различные неформальные механизмы. Сегодня здесь наблюдается своеобразный хозяйственный симбиоз между частными кочевыми хозяйствами оленеводов и муниципальными предприятиями. На Чукотке, напротив, была реализована жесткая модель «совхозизации», которая привела не только к сокращению до минимума частного сектора, но и к полной «обезличке» оставшихся личных оленей. Фактически была ликвидирована экономическая основа частно-семейного оленеводства, а пастухи - демотивированы. Таким образом, успех ямальского оленеводства обеспечен за счет сохранности и неформальной адаптации кочевых частно-семейных хозяйств, а проблемы оленеводства Чукотки связаны с систематическим подавлением здесь частного сектора в советский период. Целесообразно критическое осмысление опыта Ямала путем перенаправления мер по поддержке оленеводства кочующим бригадам и семьям. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.