Введение. Статья посвящена изучению нацистской социальной политики как инструмента устранения классовых конфликтов посредством создания расово однородного народного сообщества, призванного стать опорой режима. Цель исследования состоит в проведении комплексного анализа расовых аспектов нацистской социальной политики. Материалы и методы. Авторы опираются в основном на публикации в периодических изданиях Третьего рейха; выпуски Имперского законодательного вестника; документы, опубликованные за рубежом; работы зарубежных ученых, не переведенные на русский язык, за исключением монографии Эванса. В основу статьи положен междисциплинарный подход, в теоретическом плане авторы руководствуются теорией тоталитаризма, сохраняющей значительный потенциал при обращении к нацистской проблематике. Особую роль в раскрытии проблемы сыграл метод системного анализа. Результаты исследования. Расовый аспект нацистской социальной политики являлся ее базовым элементом. Система социального обеспечения и социально ориентированные программы были рассчитаны исключительно на расово «полноценных» соотечественников. В «народное сообщество» включались «производственное сообщество», корпоративные организации мелкой и средней городской буржуазии, «Имперское продовольственное сословие», чиновничий корпус. Исключение еврейского населения из числа получателей государственной социальной поддержки, наряду с другими формами дискриминации, стало прелюдией к «окончательному решению еврейского вопроса». Обсуждение и заключение. Не будучи реализован на практике, тезис о народном сообществе имел серьезный пропагандистский эффект. Уже в 90-е гг. ХХ в. нацистами была предпринята попытка создания специфического варианта тоталитарно-социального государства, в котором в качестве одного из основополагающих действовал принцип расовой дискриминации. Носившая системный характер и основанная на расовой теории социальная политика позволила нацистам создать эффективный механизм предотвращения социальных конфликтов и добиться консолидации вокруг режима большей части немецкого общества.
Введение: в статье предпринята попытка проанализировать влияние внедрения искусственного интеллекта на социальные процессы. Значительные угрозы и риски, связанные с использованием ИИ, актуализируют этико-правовые вопросы, требующие адекватного регулирования этой сферы. Показано, что существующая сегодня практика применения искусственного интеллекта не охвачена едиными этическими нормами, регулирующими эту сферу. Цель исследования - обозначить вызовы и угрозы стремительного технологического обновления, его влияние на социальные процессы и изменения.
Материалы и методы: методологическую базу исследования составили диалектический, формально-логический, системный и структурно-функциональный подходы, а также общенаучные (анализ, синтез) и частнонаучные методы познания.
Результаты исследования: установлено, что при внедрении ИИ основными «болевыми точками», влекущими угрозы, в настоящее время являются уязвимости программного обеспечения, особенности работы алгоритмов и этические проблемы. При разработке этических норм приоритетным является гуманистический подход использования возможностей технологической сферы, где центром внимания выступает человек, его права и свободы. При этом делается акцент на человеческую ответственность за все последствия применения искусственного интеллекта в нашей жизни.
Выводы и заключения: искусственный интеллект и в целом технологические новации ставят перед обществом дилеммы: увеличение производительности или прогрессирующее социальное неравенство, безопасный контроль или тотальное наблюдение, глобальные возможности интернета или атомизация общества и распад социальных связей. Необходимо найти баланс между открывающимися возможностями и предупреждением катастрофических последствий для человека и человечества. Одним из действенных решений нормативного регулирования взаимодействия ИИ и человека является необходимость формального закрепления этических стандартов для обязательного использования при любых разработках, проводимых в сфере искусственного интеллекта. Решение задачи возможно лишь в рамках комплексного междисциплинарного подхода, способствующего оптимальной диверсификации технологических решений.
В статье рассматривается «критический буддизм» – направление в японской буддийской философии, получившее распространение с 1980-х гг. и поставившее под сомнение «истинность» как самого японского буддизма, так и всей дальневосточной буддийской традиции из-за их грубых расхождений с индийскими корнями учения. Главными идеологами движения выступали Мацумото Сиро: и Хакамая Нориаки, профессора университета Комадзава и последователи школы Со: то:. Автор анализирует социальный аспект их критики, на начальных стадиях развития «критического буддизма» вызвавший наибольший резонанс. Утверждая, что из-за многовекового навязывания населению идей «природы Будды» и «исконного просветления» японский буддизм фактически породил и поддерживал угнетение буракумин (японских «неприкасаемых»), Хакамая и Мацумото обвиняли само учение и его приверженцев (включая себя) в отходе от настоящих заветов Будды, ключевым из которых являлось отречение от собственной самости ради другого. Распространение доктрин о мнимом равенстве, по Хакамая и Мацумото, закрепляло существующие в обществе проблемы, лишая верующих необходимости делать какой-либо морально неприятный выбор, поскольку, если во всем наличествовала «природа Будды», значит, и социальная дискриминация выступала угодным Будде положением дел. На примере разбора работ ученых показано, что какого-либо компромиссного варианта дальнейшего сосуществования буддизма в Японии с доктринами хонгаку и «природы Будды» идеологи «критического буддизма» не искали ввиду изначально еретического характера таковых и тяжести нанесенного обществу вреда. Также отмечено, что на тезисы «критического буддизма» ответил японский феминизм, добавив к проблеме «кастовой» дискриминации в буддизме проблему гендерной дискриминации. Автор делает вывод, что данное движение, хоть и не смогло осуществить фундаментальных изменений в буддологии и в обществе, носило важный характер, поскольку еще раз обозначило важность этического аспекта буддизма и общественный запрос на реформирование буддизма в Японии в целом.
Актуальность исследования обусловлена тем, что в 2024 г. Конституционный Суд РФ пришел к неожиданному выводу, что более 28 лет суды общей юрисдикции, Верховный Суд РФ неправильно толковали статью 48 Кодекса о браке и семье РСФСР 1969 г. (применяемую в настоящее время на основании ст. 169 СК РФ) и неверно указывали на закрытость перечня обстоятельств, необходимых для установления отцовства в отношении лиц, родившихся в период с 1 октября 1968 г. до 1 марта 1996 г. Согласно позиции Конституционного Суда РФ, статья 48 Кодекса о браке и семье РСФСР 1969 г. допускает в качестве достаточного доказательства результаты судебной молекулярно-генетической экспертизы, подтверждающие родство гражданина с предполагаемым отцом. В качестве аргумента Конституционный Суд РФ указал, что прежнее правовое регулирование (действовавшее до введения СК РФ), подлежащее применению с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда СССР, позволяло назначение судебно-медицинской экспертизы для выяснения вопросов, связанных с происхождением ребенка. Автор придерживается традиционного толкования ст. 48 Кодекса о браке и семье РСФСР 1969 г. и приводит аргументы, указывающие на закрытость перечня обстоятельств (и, соответственно, доказательств), необходимых для установления отцовства. Тем не менее внимания заслуживает позиция Конституционного Суда РФ о том, что придание судами общей юрисдикции ст. 48 Кодекса о браке и семье РСФСР 1969 г. смысла, ограничивающего пределы доказывания по делам об установлении отцовства и дифференцирующего состав оцениваемых судом доказательств в зависимости лишь от даты рождения гражданина, не согласуется с принципом равенства всех перед судом. Автор приходит к выводу, что для устранения необоснованной дифференциации права на установление факта отцовства в зависимости от даты рождения (дискриминации лиц, родившихся в период с 1 октября 1968 г. до 1 марта 1996 г.) необходимо придать ст. 49 СК РФ обратную силу, сделав об этом указание в ст. 169 СК РФ.
В статье анализируются положения Особенной части УК РФ, в которых законодательно предусмотрена дифференциация уголовной ответственности, исходя из физиологических и социальных характеристик мужчин и женщин. Актуальность использования гендерного подхода в первую очередь связана с необходимостью обеспечить реализацию в демократическом правовом государстве принципов равенства, справедливости и гуманизма. В связи с этим выработка оптимального соотношения льгот и привилегий для лиц женского и мужского пола становится первоочередной задачей в уголовно-правовой сфере. В работе классифицируются составы преступлений относительно степени проявления гендерной специфики в признаках состава преступления. Автором рассмотрены данные судебной статистики и материалы судебной практики, которые иллюстрируют рассогласованность в применении гендерного подхода. Сделан вывод о том, что «гендерный состав преступления» и «гендерное преступление» не тождественные понятия. Поддерживается позиция об обоснованности гендерного подхода в статьях Особенной части УК РФ, а также об увеличении числа гендерных составов и гендерных квалифицирующих признаков составов преступления.
В статье рассматриваются стандарты правового регулирования социальной защиты инвалидов, содержащиеся в Замечаниях общего порядка Комитета ООН по правам инвалидов, которые посвящены толкованию Конвенции о правах инвалидов. Сердцевину указанной Конвенции составляет принцип равенства. Раскрывается содержание медицинской модели инвалидности, препятствующей применению принципа равенства, и правозащитной модели инвалидности, способствующей применению данного принципа. Применительно к инвалидам рассматриваются различия между формальным равенством и равенством по существу, равенством перед законом и равенством по закону, равной защитой закона и равным пользованием законом. Анализируется сущность основных позитивных мер, направленных на обеспечение равенства инвалидов: создание доступности, персональная помощь и разумное приспособление. Нарушением равенства является дискриминация. Рассмотрены формы и отдельные виды дискриминации по признаку инвалидности. Исследуются стандарты, касающиеся финансирования мер, направленных на обеспечение равенства инвалидов.
В условиях современных трансформаций социальных систем образовательная миграция становится важным инструментом для преодоления социальных и экономических барьеров, с которыми сталкиваются мусульманские женщины. Актуальность исследования обусловлена необходимостью глубокого научного анализа роста образовательной мобильности мусульманских женщин и проблем их социализации в принимающем обществе. Статья посвящена изучению основных направлений научного дискурса данного процесса, а также факторам и последствиям, отражающим социальные изменения и влияющим на социально-экономическое развитие стран. Исследование фокусируется на проблемах, препятствующих успешной интеграции в культуру и адаптации в обществе мусульманских женщин, приезжающих получать образование в другие страны. В результате подчеркивается важность учета всего комплекса влияющих факторов для разработки эффективных политик и программ, направленных на поддержку мусульманских женщин в процессе миграции и интеграции в образовательные системы. Названы необходимые перспективные исследования и направления дальнейшего развития научного знания об образовательной миграции женщин из мусульманских стран: механизмы адаптации мусульманских студенток к новым культурным условиям, влияние социокультурной дезорганизации на академическую успеваемость и психическое здоровье, индивидуальные практики, миграционные политики принимающих и отдающих стран.
В постсоветской действительности прогресс на пути к делиберативной демократии требует правовых условий для противодействия насильственному экстремизму посредством устойчивого развития журналистских союзов. Цель и задачи. Развитие евразийского медиапространства посредством вовлечения постсоветских стран в равноправный политический диалог предполагает защиту интересов государственных СМИ и независимых журналистских союзов. Цифровая демократия нуждается в эффективных правовых институтах для свободной и компетентной журналистской работы. Обеспечение условий для правового взаимодействия государств и журналистских союзов на евразийском информационном пространстве должно быть основано на совершенствовании международно-правовых гарантий качества журналистской работы и приверженности демократическим ценностям.
Методология. Тематический анализ практик правового взаимодействия государств и журналистов призван расширить возможности саморегулирования в медиасфере и использует нарративный анализ для решения проблем экстремизма и информационных войн на постсоветском пространстве.
Результаты. Развитие государственности на постсоветском пространстве должно сопровождаться ответственным поведением международных журналистских организаций и признанием их компетенции в деле организации интеллектуальной конкуренции за внимание аудитории. Злоупотребление правами журналистов, монополизация регионального медиарынка, низкое качество тактических медиа и недостаточная компетентность участников медиадискурса несут в себе критические угрозы информационной безопасности государств, снижая качество журналистики на всем постсоветском пространстве.
Выводы. Профессиональные и творческие союзы журналистов ответственны за воспроизводство квалифицированных профессионалов, защиту интеллектуальных и трудовых прав своих членов, соблюдение профессиональной этики и продвижение традиционных ценностей в медиапространстве. Решение задач, стоящих перед национальными журналистскими организациями, предполагает организацию международного сотрудничества в национальных интересах. Задача международных журналистских союзов — сглаживать конфликты посредством организации профессионального полилога. Дисквалификация национальных журналистских союзов из международных журналистских организаций приводит к нарушению прав журналистов государственных СМИ и провоцирует эскалацию конфликта в информационном пространстве. Защита прав креативных публицистов и журналистов, работающих по заданию редакций государственных и частных СМИ, требует правовой определенности в запретительном регулировании экстремистских нарративов, а также сохранения независимой площадки для профессионального взаимодействия между всеми активными участниками политического дискурса, заинтересованными в нормализации военно-политической обстановки и создании атмосферы стратегического доверия на постсоветском пространстве.
Цель и задачи. Определить, какое влияние неэстоноязычное население оказывает на развитие сетевых структур в секторе высокоинновационных услуг Эстонии. Для достижения цели исследования были поставлены следующие задачи: анализ литературных источников по тематике исследования; определить роль неэстоноязычного населения в секторе высокоинновационных услуг Эстонии; провести корреляционный и регрессионный анализ показателей, характеризующих влияние неэстоноязычного населения Эстонии на сетевые структуры в секторе высокоинновационных услуг.
Методы. Для определения сетевых структур использовался показатель из сборника “Science. Technology. Innovation” статистической службы Эстонии, характеризующий число предприятий, имевших партнеров в области инновационной деятельности. Данные по кооперации между организациями Эстонии публикуются за двухгодичный период. При корреляционном и регрессионном анализе данные относились к последнему году в периоде. В качестве характеристики неэстоноязычного населения использовались показатели занятого в экономике населения.
Результаты. Осуществлен анализ роли неэстоноязычного населения в экономике Эстонии, в том числе в секторе высокоинновационных услуг Эстонии. Треть занятого населения Эстонии с высшим образованием — это неэстоноязычное население. Четверть всех занятых специалистов высшего и среднего руководящего звена также представляет неэстоноязычное население. В отраслях «Информация и коммуникация» и «Профессиональная, научная и техническая деятельность» неэстоноязычное население составляет 1/5 всех занятых. По результатам проведенного регрессионного анализа была выявлена статистически значимая и достоверная регрессионная модель, свидетельствующая, что на развитие сетевых структур в отрасли информационных и компьютерных услуг оказывают влияние русскоязычные специалисты уровня «менеджер».
Выводы. Несмотря на проводимую руководством Эстонии агрессивную политику по эстонизации, неэстоноязычное население, в особенности русскоязычное население, играет важную роль в ключевых отраслях экономики Эстонии. Вопрос языковой безопасности и разнообразия является важным элементом самоидентификации нации, поэтому необдуманные решения могут вести к росту социальной напряженности. В то же время ограничение в правах целой трети населения может усугубить не только социальную напряженность в обществе, но и отрицательно сказаться на экономическом развитии всей страны.
Статья посвящена эволюции уголовно-правовой защиты трудовых прав женщин в России от конца XIX века до настоящего времени. Особое внимание уделяется историческому генезису уголовно-правовых средств охраны женского труда, противоречиям современного регулирования (сохранение запретов на вредные работы при росте скрытой дискриминации) и поиску баланса между физиологически обоснованной охраной и принципом равных возможностей.
Цель исследования - проследить развитие уголовно-правового регулирования защиты трудовых прав женщин, выявить ключевые этапы эволюции и обозначить актуальные вызовы, включая необходимость частичной декриминализации избыточных ограничений и усиления ответственности за реальные нарушения.
Методология включает историко-правовой, сравнительно-правовой и формально-юридический методы, примененные к анализу научных публикаций 2020-2025 годов, нормативных актов дореволюционного, советского и постсоветского периодов.
Результаты показывают трехэтапную эволюцию: от отсутствия специальных норм в дореволюционной России к системной уголовной охране в советский период и современной попытке сочетания антидискриминационных гарантий (ст. 136, 145 УК РФ) с сохранением ограничений (ст. 253 ТК РФ). Выявлены противоречия: запреты на вредные профессии часто маскируют дискриминацию, правоприменительная практика по гендерным составам остается слабой. Предложены направления совершенствования: уточнение составов преступлений, цифровизация прокурорского надзора, гармонизация с Конвенцией МОТ № 183 и зарубежным опытом.
Кризисные явления в жизни общины чехословацких кальвинистов, с которыми она столкнулась в 1945–1948 гг., нельзя рассматривать в отрыве от динамики национальной эмансипации словацкой ее части в межвоенный период. Сложившиеся в то время между словацким меньшинством и венгерским большинством внутри Реформатской церкви на территории Чехословакии противоречия стали исходной точкой для последующей конфронтации в период после Первого Венского арбитража до окончания Второй мировой войны, а затем и переломного 1948 г. Восстановление контроля чехословацких властей над южными районами Словакии и интеграция этих земель в рассматриваемый послевоенный период велась с помощью системы антивенгерских дискриминационных мер, анализ которых приводится в данной работе. Однако общая антивенгерская политика чехословацкого государства имела и свои особенности. Ее реализация зависела от конкретной специфики той или иной группы внутри венгерского меньшинства. В статье особое внимание уделено существованию в эти критические для словацких венгров времена Кальвинистской церкви. Кроме определявших ее функционирование причин антивенгерского характера, затрагивается важный для понимания ее положения фактор развития противостояния левых сил в стране с Католической церковью. Тем самым исследуются значимые для части словацких венгров обстоятельства, в первую очередь связанные со сферой церковно-государственных отношений, но одновременно повлиявшие и на результаты этнонациональной политики Чехословакии по отношению к венгерскому национальному меньшинству. Автором активно использовались архивные материалы, в том числе ранее не опубликованные и выявленные за рубежом.
Статья посвящена описанию форм неравенства на рынке труда при найме сотрудников. Написана по результатам эмпирического исследования, целью которого было выявление типов дискриминации, стереотипов и скрытых предубеждений в текстах вакансий. Исследование носит междисциплинарный характер, привлекая для изучения ключевой социальной проблемы на рынке труда, которая традиционно лежит в сфере интересов экономической социологии, современное направление цифровой социологии, анализ больших данных и методы обработки естественного языка (Natural Language Processing).
Разработан алгоритм для автоматизированного выявления дискриминационных паттернов в текстах вакансий с использованием методов обработки естественного языка. Исследование основано на анализе корпуса текстов вакансий, собранного на портале онлайн-рекрутинга hh. ru с 1 по 25 декабря 2024 г. Результаты исследования акцентируют внимание на важности систематического мониторинга дискриминации в процессе найма. Созданные инструменты могут быть применены для оптимизации практик найма.
Проведенный анализ вакансий выявил несколько ключевых закономерностей: в более чем четверти текстов обнаружены дискриминационные требования, что указывает на системный характер проблемы. Преобладающие виды дискриминационных ограничений — это этнические и возрастные; гендерная дискриминация сегодня почти не встречается в описании требований к кандидату. Установлено, что уровень дискриминации варьируется в зависимости от профессии: наибольшая доля ограничительных требований наблюдается в сфере образования, питания, менеджменте и медицине. Выявлена неоднородная связь между неправомерными требованиями и уровнем заработной платы: скорее нет зависимости между заработной платой и дискриминационными критериями найма.