Научный архив: статьи

В работе изучаются множественность и связанность городских конфликтов как свойства современной городской среды, способы их измерения и модели описания. В теоретико-методологической части делается попытка синтезировать сетевые подходы и анализ полей стратегического действия для формулировки измеримых показателей связанности, в эмпирической - оценить возможности ее выявления на материалах базы данных «Конфликт NSK» (n = 777) и полуструктурированных интервью (n = 65) с участниками конфликтов. Для ядра конфликтов, связанных через акторов, повестки и локации, выделяются близкие по наполненности типы сложных, смежных и локальных конфликтов. Особое внимание уделяется связанности конфликтов через акторов как наиболее сильной форме связанности. Эмпирически доказывается, что современным акторам городских конфликтов свойственны процессы персонализации и сетевизации связей, которые реализуются в двух моделях: «лидер без сети» и «сеть без лидера». В качестве сложностей, сопровождающих нарастание связанности конфликтов, выделяются усложнение перспективы их регулирования и необходимость системного подхода к ним, учитывающего как публичные, так и теневые взаимодействия. Проблема надежности маркеров связанности представляет в этом контексте особое значение, так как усложняется не только идентификация факта связанности, но и задача приписывания конкретного типа связи стоящему за ним устойчивому противостоянию.

Цель статьи — выделение свойств и потенциала сетевых профессиональных сообществ как специфического субъекта проектной деятельности в вузе, способного содействовать формированию проектных и предпринимательских компетенций студентов и вносить уникальный вклад в развитие «пространства согласия» как необходимого условия для производства инноваций. В качестве теоретической рамки использованы модели Triple и Quadruple Helix, а также концепции сетевых профессиональных сообществ и пространств согласия. Методологическую основу исследования составил качественный анализ кейсов (n=9) практик взаимодействия российских университетов с сетевыми профессиональными сообществами. Для отбора кейсов применены кри - терии релевантности модели Quadruple Helix и признаков субъектности сетевого сообщества. Исследование показало, что основной потенциал сетевых профессиональных сообществ заключается в их способности выступать медиаторами между университетами и внешними инновационными экосистемами: объединять специалистов разных отраслей и ролевых позиций в экосистемы обмена знаниями, опытом и ресурсами, обеспечивать быстрый и неформальный доступ к экспертным и менторским компетенциям; создавать дополнительные каналы для вовлечения студентов в реальные проектные и предпринимательские практики. Анализ кейсов позволил выделить три модели взаимодействия университетов и сетевых сообществ: на базе университета, где пространство согласия конструируется с использованием накопленных ранее ресурсов доверия; университет сам интегрируется в создаваемую сеть структур, что формализует пространство согласия и деактуализирует потребность в доверии; университет поддерживает свои проектные команды и сообщества в их взаимодействии с профессиональными сетями и накапливает ресурс доверия. В статье доказывается, что барьеры взаимодействия университетов и сетевых профессиональных сообществ во многом обусловлены спецификой их структур, но могут быть преодолены через направленную трансформацию коммуникативно-организационных, инфраструк - турных и контекстуально-ценностных аспектов взаимодействия. Научная новизна работы заключается в концептуализации сетевых профессиональных сообществ как уникального субъекта и ресурса проектного обучения. Предложен ряд мер по формированию пространств согласия в инновационной экосистеме с участием сетевых сообществ и вузов, в частности, создание вузами сетевых цифровых платформ, поддержка проектных команд и сообществ, структурно и ценностно приближенных к модели сети, способных настроить механизмы коммуникации и формирования доверия. Целевая аудитория статьи — исследователи инновационных процессов в образовании, управленцы вузов, разработчики программ технологического предпринимательства и представители профессиональных сообществ

Практики стихийного туризма остаются белым пятном в современных исследованиях рекреации. В то же время пригородные лесные массивы являются точкой притяжения, рекреационным магнитом для жителей больших городов, ориентированных на пассивный стихийный туризм. Данная работа направлена на исследование поведенческого аспекта формирования ценности места обитателей туристических стоянок как основы для возникновения у них чувства места. Описан механизм преобразования унифицированного лесного ландшафта в уникальное (ценное) место через конструирование и воспроизводство практик пользования туристическими стоянками и прав собственности на них. Информационную базу составили материалы кейс-стади, реализованного в течение летних полевых сезонов 2021 и 2022 гг. на территории Караканского бора Новосибирской области. В ходе экспедиции выборочно исследовано 30 км береговой линии Обского водохранилища, сплошное обследование реализовано на 12 км непрерывной береговой линии северной части Караканского бора. Выявлены туристические сообщества, береговой стаж которых насчитывает 30-40 лет и которые включают в себя уже третье поколение отдыхающих. Предложена типология туристов по степени их укорененности, «врастания» в ландшафт, т.е. длительности и регулярности пребывания, а также степени преобразования этого ландшафта. Рассмотрены практики выбора и освоения места, определяющие, как место становится своим, как оно удерживается и затем передается следующим пользователям. Несмотря на неформальный характер отношений собственности и необходимость постоянного их подтверждения, основные компоненты права собственности (право изменять форму и содержание блага и право передавать другим лицам) осуществляются подавляющим большинством пользователей. При всей вариативности практик места экологические практики являются неоспоримым основанием для присвоения пространства туристической стоянки. Отсутствие мусора - видимый и социально поддерживаемый индикатор реализации практик благоустройства, т.е. вложения в место, инвестиций в его рекреационный потенциал.