Научный архив: статьи

Статья посвящена проблеме знания за пределами человеческого существования. Вопрос в такой формулировке снят с повестки дня, не будучи решенным. Традиционно знание трактуется как достояние сознания, соответствующее реальности; с возникновением кибернетики знание стало сводиться к информации. Оба подхода следует признать ошибочными. Знание не есть факт сознания и несводимо к информации. Актуальность темы статьи предзадана преодолением традиционных заблуждений. Научная новизна статьи состоит, во-первых, в том, что «бытие» в традиционной метафоре склада (мастерской) заменяется на «бытие-под-взглядом» в метафоре выставки. Мир не склад, а выставка. Нет «бытия», есть «бытие-под-взглядом». Во-вторых, исходная форма знания не имеет никакого отношения к сознанию, а является эпифеноменом «демонстративного поведения» со стороны любой «вещи». Бытие-под-взглядом демонстративно; в самом факте демонстрации заложен эффект «знания». Демонстрация априори требует «наблюдателя», фигура которого неслучайно появляется в физике. В-третьих, понятие информации не заменяет собой понятие «знание». Информация есть записанное знание; именно по этой причине информация исчислима, а знание неисчислимо. Методология авторского исследования опирается на опыт историко-философских и эстетических исследований, культурологический анализ трансовых когнитивных практик и культуру физико-математического мышления в силу полученного базового образования. Целью статьи является выработка нового подхода к пониманию знания за пределами человеческого существования. Для достижения поставленной цели решается ряд задач, включая поиск соответствующей терминологии и критику привычных тезисов. К терминам согласно авторскому подходу к теории объективного знания относятся «бытие-под-взглядом», «выставка», «экспонат», «демонстрация», «чтение», «знак», «взгляд». Практическое применение результатов статьи возможно в области физики (касательно проблемы существования), в области теории познания (проблема объективности знаний), в области образования. Полуобразованность давно уже стала «нормой», особенно при сведении знания к информации. Наука страдает от полуобразованности не меньше, чем образование, замыкаясь в принятых «парадигмах». Самая вредная для современной науки парадигма сводится к метафоре «склада» в понимании мира. Понятие «знание» не вписывается в парадигму складского мировосприятия - по этой причине интерес к теме «знания» в науке и философии практически иссяк.

В статье предлагается новый подход к онтологическим представлениям о феномене «знание». Традиционно знание воспринимается вместе с кодификацией в языке и в упакованном виде: книги, цифры, записи, изображения, рефлексы, сигналы. В философии рассматривается вопрос об источнике знаний (Платон, Декарт, Локк, Кант). В методологии науки традиционный интерес к знанию обусловлен отличиями научного знания от других его видов. В медицине и связанной с ней психологии вопрос о знании сводится, как и в эпоху Просвещения, «к мозгу». В технических науках знание приравнивается к информации и соответствующим «носителям». В статье предпринимается попытка поставить философский вопрос о знании за пределами гносеологии. В онтологии знание анализируется в контексте «выставки»: мир - не склад, но выставка.

Из обзора мнений о философии Парменида следует, что философы избегают Парменида, а историки философии в своих пересказах теряют нить изложения приапологии абсурдных тезисов. В статье предпринимается попытка реконструкции философии Парменида исходя из другого контекста «бытия». Понятия «бытие» и«небытие» в философии возникают не в результате абстрагирования и обобщения, а в конкретных контекстах. У Гегеля таким контекстом является понятие «начало», разлагаемое на бытие и небытие, а затем синтезируемое в «становление»; у Парменида контекст задан понятием «мгновение», точно так же логически разлагаемым на бытие инебытие. Иррациональность понятия «мгновение» (математически очевидная) позволила Зенону выстроить ряд последовательных апорий.

Предпринята попытка критического анализа понятия «вера» в рамках философии религии. Установлено, что понятие «вера» в трактовке Тертуллиана верой в общепринятом смысле этого слова не является. Под предлогом противопоставления веры и знания Тертуллиан подводит христианскую веру под категорию, позднее обозначенную в истории философии как «интенция». В конкретной религиозной практике установка на интенцию сознания открывает возможности перед медитативными техниками познания под видом «вдохновения» (религиозного, художественного, военного, технического). Не случайно многие виды искусства и технического творчества в Европе инициированы именно христианством. В процессе историко-философского анализа понятия «вера» получен ряд новых данных относительно происхождения христианства. Ключевую роль в социуме играла роскошь, стремление к которой было свойственно римской знати. На рубеже новой эры оно приобрело у высших слоев общества характер, с одной стороны, безумной мании, с другой стороны, столь же безумной наглости. Знатные римляне нуждались в спасении от безумств, инициированных роскошью. Христианские проповедники ввели в общественное сознание понятие аскезы, которая в умалении порочных аффектов приобрела психотерапевтическое значение. Римские философы, привлеченные к высшей знати империи системой образования, придали коллизии роскоши и аскезы характер книжного вероучения, в котором религия оказалась далеко не на первом месте. Напротив, античная философия обрела в христианстве новое и оригинальное направление с ориентацией на «внутренний мир человека».

В истории философии существуют понятия, ошибочные интерпретации которых переходят из столетия в столетие. Одним из таких понятий является «бытие». В статье впервые показано, что понятие «бытие» в философии появляется не в результате абстрагирования и обобщения, а в результате конкретного анализа конкретной ситуации. Автор впервые обращает внимание на то, что в философии «бытие и небытие» изначально представляют собой не два понятия, а одно понятие, которое востребовано для выражения конкретной ситуации с фиксированной иррациональностью.
У Пифагора это «точка», у Зенона - «миг», у Аристотеля - «слово», у Гегеля - «дух». Одним из оригинальных научных результатов статьи является положение о том, что «бытие» Парменида соответствует такому «наблюдателю», для которого прошлое, настоящее и будущее даны одновременно в качестве единой «картины», названием которой становится «Бытие». Если «наблюдателю» дано только настоящее в качестве «мига между прошлым и будущим», то любое настоящее будет «единством бытия и небытия», о чём заявил Парменид своей поэмой. Оригинальным следствием позиции Парменида является положение о том, что «наблюдатель», для которого прошлое, настоящее и будущее даны одной картиной, объективно возможен. Частным случаем этой возможности является способность человека к «умозрению». Другой частный случай представлен «наблюдателем» из области религии. Третий случай предполагает наличие особого «наблюдателя» в самой природе, что открывает перед наукой новое поле исследований.