Рассмотрена проблема «сверхсмертности» 1932-33 и прямых потерь населения Северного Кавказа России в период голода 1932-33 гг. Показано, что динамика смертности населения Северного Кавказа в 1932 г. не указывает на демографический кризис, рост смертности был во втором полугодии 1932 г., преимущественно в городах, с тенденцией снижения к зиме, голодом он не объясняется. Резкий одновременный в городах и в сельской местности рост смертности был с февраля 1933 г. со снижением на селе с мая, в городах - с середины лета. Характер кривой смертности, ее пики и региональная специфика исключают плановое избирательное уничтожение голодом сельского населения и искусственный голод по этническому принципу и предполагают совпадение сезонного роста смертности с голодом и вспышкой занесенных в регион эпидемий, что вместе вызвало демографическую катастрофу, более краткосрочную, но с более высокой смертностью на селе, и более продолжительную в городах. В городах Северного Кавказа «сверхсмертность» за февраль - октябрь 1933 г. оценивается как 59 тыс. чел., а в сельской местности - 319 тыс. чел.