В статье рассматривается конструктная валидность Графического ассоциативного теста отношения (ГАТО). Предположительно, предметом его измерения является имплицитная (неосознаваемая) установка или же имплицитная фракция/ компонента целостной установки (здесь имеются разные теоретической концептуализации). Общепринятая характеристика имплицитных феноменов - их относительная недоступность для осознания. Вместе с тем некоторые последние исследования показали, что респонденты способны предсказать свои результаты Теста имплицитных ассоциаций (IAT), то есть в данном случае имплицитный контент оказался осознаваемым. Оставив в стороне дискуссию о степени доступности имплицитных явлений для осознания, мы использовали общие теоретические допущения наших коллег и предложенную ими операционализацию, чтобы проверить конструктную валидность нашего собственного «косвенного» метода измерения имплицитной установки. Способны ли наши респонденты предсказать свои результаты ГАТО? Результаты эксперимента показали: нет, не способны. Прогнозы респондентов с большей степенью достоверности объясняются их эксплицитными (осознанными) установками, но прежде всего - их представлениями об установках социального окружения. Таким образом, мы не обнаружили никаких свидетельств, позволяющих проблематизировать наши первоначальные предположения в отношении предмета измерения ГАТО как некой имплицитной фракции социальной установки. Это позволяет сфокусировать дальнейшие исследования на проблеме точности измерений ГАТО.
Идентификаторы и классификаторы
- SCI
- Социология
Измерение считается “косвенным”, если оно позволяет избежать процесса самооценки установок, либо самооценки, либо самоперевода установок [De Houwer, Moors, 2007]. Обычно представлен объект, отражающий отношение, но исследователь не просит участников сообщать о своем отношении или предпочтениях к этому объекту. В некоторых случаях исследователь даже просит участников постараться не поддаваться влиянию. Тем не менее, есть основания полагать, что спонтанные предпочтения будут влиять на некоторые важные аспекты поведения, которые, в свою очередь, будут измеряться с помощью “косвенного” инструмента. В настоящее время существует ряд инструментов, которые можно использовать для “косвенного” измерения установок (Приложение А).
Если у вас возникли вопросы или появились предложения по содержанию статьи, пожалуйста, направляйте их в рамках данной темы.
Список литературы
1. Chen M., Bargh J. (1999) Consequences of Automatic Evaluation: Immediate Behavioral Predispositions to Approach or Avoid the Stimulus. Personality and Social Psychology Bulletin. Vol. 25. No. 2. P 215-224. DOI: 10.1177/0146167299025002007 EDN: JPAUBJ
2. Chernozub O. (2022a) The Two-Component Model of Behavior Factors: Evidences of Orthogonality of Explicit and Implicit factors.RUDN Journal of Sociology. Vol. 22 No. 1. P. 70-83. DOI: 10.22363/2313-2272-2022-22-1-70-83 EDN: PCHJEF
3. Chernozub O. (2022b) Theory of (Un)Planned Behavior? How our Behavioral Predictions Suffer from “Unplanned” Actions. The Russian Sociological Review. Vol. 21. No. 4. P. 82-105. DOI: 10.17323/1728-192x-2022-4-82-105 EDN: HIAPKI
4. Chernozub O. (2023) Graphic Associative Test of Attitudes as a Convenient Implicit Measurement Tool for Mass Polls.RUDN Journal of Sociology. Vol. 23. No. 1. P. 122-141. DOI: 10.22363/2313-2272-2023-23-1-122-141 EDN: QPWGNB
5. Chernozub O. (2024) Do Data on Implicit Attitudes Improve Predictions? Evaluating the Criterion Validity of the GATA.RUDN Journal of Sociology. Vol. 24 No. 4. P. 241-256. DOI: 10.22363/2313-2272-2024-24-1-241-258 EDN: ZTTKWR
6. Чернозуб О. Л., Шураева Л. Ю. Ортогональность результатов IAT и ГАТО: чем хуже, тем лучше? // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2023. № 6. С. 218-237. DOI: 10.14515/monitoring.2023.6.2478 EDN: IDAPSI
7. Chernozub O. L. (2023) GATA: Test - Retest Reliability of Measurement Outcomes. Sociology: Methodology, Methods, Mathematical Modeling. No. 57. P. 112-137. DOI: 10.19181/4m.2023.32.2.4
8. Dancey C., Reidy J. (2020) Statistics Without Maths for Psychology. London: Pearson.
9. De Houwer J., Moors A. (2007) How to Define and Examine the Implicitness of Implicit measures. In: Wittenbrink B., Schwartz N. (ed.) Implicit Measures of Atti tudes: Procedures and Controversies. New York, NY: Guilford Press. P. 179-194.
10. De Vaus D. (2002) Surveys in Social Research. London: Routledge.
11. Evans J. (2008) Dual-Processing Accounts of Reasoning, Judgment, and Social Cognition. Annual Review of Psychology. No. 59. P. 255-278.
12. Fazio R. (1990) The Role of Attitudes in Memory-Based Decision Making. Journal of Personality and Social Psychology. Vol. 59. No. 4. P. 614-22. DOI: 10.1037/0022-3514.59.4.614
13. Fazio R. (2007) Attitudes as Object-Evaluation Associations of Varying Strength. Social Cognition. Vol. 25. No. 5. P. 603-637. DOI: 10.1521/soco.2007.25.5.603
14. Gawronski B., Bodenhausen G. V. (2006) Associative and Propositional Processes in Evaluation: An Integrative Review of Implicit and Explicit Attitude Change. Psychological Bulletin. Vol. 132. No. 5. P. 692-731. DOI: 10.1037/0033-2909.132.5.692
15. Gawronski B., Bodenhausen, G. V. (2011) The Associative-Propositional Evaluation Model: Theory, Evidence, and Open Questions. Advances in Experimental Social Psychology. Vol. 44. P. 59-127. DOI: 10.1016/B978-0-12-385522-0.00002-0
16. Gawronski B., LeBel E. P. (2008) Understanding Patterns of Attitude Change: When Implicit Measures Show Change, but Explicit Measures Do Not. Journal of Experimental Social Psychology. Vol. 44. No. 5. P. 1355-1361. DOI: 10.1016/j.jesp.2008.04.005
17. Gawronski B., Hahn A. (2019) Implicit Measures: Procedures, Use, and Interpretation. In: Blanton H., LaCroix J. M., Webster G. D. (eds.) Measurement in Social Psychology. New York, NY: Routledge P. 29-55. DOI: 10.4324/9780429452925-2
18. Gilovich T., Griffin D. (2002) Introduction - Heuristics and Biases: Then and Now. In: Gilovich T., Griffin D., Kahneman D. (eds.) Heuristic and Biases: The Psychology of Intuitive Judgment. New York, NY: Cambridge University Press. P. 1-18.
19. Goedderz A., Hahn A. (2024) Awareness and Calibration: The Role of Descriptive Norms and Social Desirability in Accurate IAT Score Predictions of Food Items vs. Social Groups. Personality and Social Psychology Bulletin. DOI: 10.1177/01461672241254447
20. Greenwald A., Smith C., Sriram N., Bar-Anan Y., Nosek B. (2009) Implicit Race Attitudes Predicted Vote in the 2008 U. S. Presidential Election. Analyses of Social Issues and Public Policy. Vol.9. No. 1. P. 241-253. DOI: 10.1111/j.1530-2415.2009.01195.x
21. Greenwald A. G., Banaji M. R. (2017) The Implicit Revolution: Reconceiving the Relation Between Conscious and Unconsciousness. American Psychologist. Vol. 72. P. 861-871.
22. Greenwald A., Brendl M., Cai H. et al. (2021) Best Research Practices for Using the Implicit Association Test. Behavior Research Methods. Vol. 54. P. 1161-1180. DOI: 10.3758/s13428-021-01624-3 EDN: DNYFIJ
23. Hahn A., Judd C. M., Hirsh H. K., Blair I. V. (2014) Awareness of Implicit Attitudes. Journal of Experimental Psychology: General. Vol. 143. No. 3. P. 1369-1392. DOI: 10.1037/a0035028
24. Kahneman D., Frederick S. (2002) Representativeness Revisited: Attribute Substitution in Intuitive Judgment. In: Gilovich T., Griffin D., Kahneman D. (eds.) Heuristic and Biases: The Psychology of Intuitive Judgment. New York, NY: Cambridge University Press. P. 49-81.
25. Kahneman D. (2011) Thinking, Fast and Slow. New York, NY: Farrar, Straus and Giroux.
26. Katz D. (1960) The Functional Approach to the Study of Attitudes. Public Opinion Quarterly. Vol. 24. No. 2. P. 163-204. DOI: 10.1086/266945 EDN: IXYUUT
27. Kruskal W. (1958) Ordinal Measures of Association. Journal of the American Statistical Association. Vol. 53. No. 284. P. 814-861. DOI: 10.1080/01621459.1958.10501481
28. Lai C. K., Hoffman K. M., Nosek B. A. (2013) Reducing Implicit Prejudice. Social and Personality Psychology Compass. Vol. 7. No. 5. P. 315-330. DOI: 10.1111/spc3.12023
29. Likert R. (1932) Technique for the Measurement of Attitudes. Archives of Psychology. Vol. 22. No. 140. P. 5-55. URL: https://legacy.voteview.com/pdf/Likert_1932.pdf (accessed: 23.04.2025).
30. Machery E. (2021) Anomalies in Implicit Attitudes Research. Wiley Interdisciplinary Reviews: Cognitive Science. Vol. 13. No. 1. Art. e1569. DOI: 10.1002/wcs.1569
31. Machery E. (2022) Anomalies in Implicit Attitudes Research: not so Easily Dismissed. Wiley Interdisciplinary Reviews: Cognitive Science. Vol. 13. No. 3. Art. e1591. DOI: 10.1002/wcs.1591 EDN: CCATQU
32. McConnell A. R., Dunn E. W., Austin S. N., Rawn C. D. (2011) Blind Spots in the Search for Happiness: Implicit Attitudes and Nonverbal Leakage Predict Affective Forecasting Errors. Journal of Experimental Social Psychology. Vol. 47. No. 3. P. 628-634. DOI: 10.1016/j.jesp.2010.12.018
33. Metcalfe J., Mischel W. (1999) A Hot/Cool-System Analysis of Delay of Gratification: Dynamics of Willpower. Psychological Review. Vol. 106. No. 1. P. 3-19. DOI: 10.1037/0033-295X.106.1.3 EDN: GZSMEJ
34. Mitchell G., Tetlock P. (2017) Popularity as a Poor Proxy for Utility: The Case of Implicit Prejudice. In: Lilienfeld S., Waldman I. (eds.) Psychological Science under Scrutiny: Recent Challenges and Proposed Solutions. New York, NY: Wiley. P. 164-195.
35. Morris A., Kurdi B. (2022) Awareness of Implicit Attitudes: Large-Scale Investigations of Mechanism and Scope. PsyArXiv Preprints. DOI: 10.31234/osf.io/dmjfq
36. Nosek B. A. (2005) Moderators of the Relationship Between Implicit and Explicit Evaluation. Journal of Experimental Psychology: General. Vol. 134. No. 4. P. 565584. DOI: 10.1037/0096-3445.134.4.565
37. Perugini M. (2005) Predictive Models of Implicit and Explicit Attitudes. British Journal of Social Psychology. Vol. 44. No. 1. P. 29-45. DOI: 10.1348/014466604X23491
38. Perugini M., Richetin J., Zogmaister C. (2010) Prediction of Behavior. In: Gawronski B., Payne B. (eds.) Handbook of Implicit Social Cognition: Measurement, Theory, and Applications. New York, NY: Guilford Press. P. 255-277.
39. Rahmani Azad Z., Goedderz A., Hahn A. (2022) Self-Awareness and Stereotypes: Accurate Prediction of Implicit Gender Stereotyping. Personality and Social Psychology Bulletin. Vol. 49. No. 12. P. 1695-1708. DOI: 10.1177/01461672221120703 EDN: EKNETI
40. Roccato M., Zogmaister C. (2010) Predicting the Vote Through Implicit and Explicit attitudes: A Field Research. Political Psychology. Vol. 31. No. 2. P. 249-274. DOI: 10.1111/j.1467-9221.2009.00751.x
41. Rosenberg M. J. (1956) Cognitive Structure and Attitudinal Affect. The Journal of Abnormal and Social Psychology. Vol. 53. No. 3. P. 367-372. DOI: 10.1037/h0044579
42. Rosenberg M. J., Hovland C. I., McGuire W. J., Abelson R. P., Brehm J. W. (1960) Attitude Organization and Change: An Analysis of Consistency Among Attitude Components. Oxford: Yale University Press.
43. Smith M., Bruner J., White R. (1956) Opinions and Personality. New York, NY: John Wiley & Sons.
44. Strack F., Deutsch R. (2004) Reflective and Impulsive Determinants of Social Behavior. Personality and Social Psychology Review. Vol. 8. No. 3. P. 220-247. DOI: 10.1207/s15327957pspr0803_1 EDN: JPBPLX
45. Strack F., Neumann R. (2000) Furrowing the Brow May Undermine Perceived Fame: The Role of Facial Feedback in Judgments of Celebrity. Personality and Social Psychology Bulletin. Vol. 26. No. 7. P. 762-768. DOI: 10.1177/0146167200269002 EDN: JPAWNZ
Выпуск
Другие статьи выпуска
Обсуждается книга социолога М. Регнеруса «О будущем христианского брака». Она стала результатом сравнительного социологического исследования об отношении к браку молодых христиан в семи странах мира, включая католиков, протестантов и православных. С одной стороны, книга вторит результатам множества других работ, фиксирующих деинституционализацию и девальвацию брака в современном мире. Обращаясь к исследованию не «среднего гражданина», а людей, которые по своим установкам и ценностям располагаются ближе к религиозному ядру, автор книги показывает, что модель восприятия христианского брака начинает мимикрировать под «светское большинство». С другой стороны, ключевой тезис книги состоит в том, что в сознании практикующих молодых христиан брак не перестал обладать ценностью. Наоборот, вместе с высокой ценностью брака возросла и цена решения о вступлении в него - ожидаемый страх развода, неопределенность двойной занятости, несоответствие ожиданий между мужчиной и женщиной и т. п. М. Регнерус называет эту трансформацию значения брака переходом «от фундамента к облицовочному камню», когда брак стал восприниматься как завершение процесса самореализации и результат самодостаточности. Автор книги не скрывает, что является «поклонником» брака, поэтому на основании результатов своего исследования он предлагает восемь советов по реанимации христианского брака в разных странах мира, в том числе и в России. Несмотря на решение обсуждать будущее христианского брака на базе вариативности стран и конфессий, выбранные страны слишком разные для построения какой-то общей и одновременной релевантной для каждой из них модели.
В статье представлена рецензия на книгу, авторы которой обобщают опыт проектирования и реализации исследований в стратегии комбинированной (смешанной) методологии на основе практических примеров Национального статистического управления Нидерландов (NSO). Осмысляя этот опыт, авторы книги предлагают свой взгляд на эту тему, рассматривают основные концепции, проблемы и будущее разработок исследований смешанного типа.
Статья посвящена разработке и апробации модели сегментации политической аудитории в контексте влияния на российское общество специальной военной операции России на Украине (СВО). В качестве теоретической основы авторы обращаются к концепциям сегментации в социальных науках, рассматривают факторы социальной дифференциации и предлагают применять экспертную модель сегментации аудитории «Четыре России» (авторы Е. В. Стулова и Е. Н. Минченко), основанную на таких критериях, как отношение к СВО, миграционное поведение, эмоциональное состояние, ценностные установки и материальное положение. Авторы описывают методологию операционализации критериев экспертной модели и проверяют их на данных двух волн всероссийского онлайн-опроса 2023 и 2024 гг. (N = 1,6 тыс. респондентов в каждом случае), конструируя «мягкую» и «жесткую» модели сегментации. Эмпирические расчеты показывают четыре относительно устойчивых сегмента, которые названы «Россия уехавшая», «Россия столичная», «Россия глубинная» и «Россия воюющая». Представлены подробные социальные портреты этих сегментов, демонстрирующие наличие значительной поляризации по возрасту, типам поселений, моделям медиапотребления, ценностям и эмоциональной оценке СВО. Анализ восприятия СВО с использованием кластерного анализа выявил сложность и многогранность отношения к ней, выходящую за рамки простого одобрения или неодобрения. Авторы подчеркивают практическую ценность сегментации аудиторий для разработки эффективных стратегий политической коммуникации в условиях высокой поляризации мнений. Предложенный подход позволяет учитывать специфику каждой выделенной группы при взаимодействии в коммуникативном пространстве.
Развитие эмпирических исследований права в России во многом сдерживается дефицитом доступных источников данных о правоприменении. Один из таких источников, до сих пор недостаточно используемый в российских исследованиях,- публикуемые в открытом доступе тексты судебных решений, в частности судебных приговоров. Цель статьи -предложить подход к использованию текстов судебных приговоров как источника данных, который может быть востребован для проведения эмпирических исследований в сфере социологии права, социологии преступности и девиантного поведения в России. На основе собственного опыта работы с текстами приговоров авторы описывают возможные варианты их сбора, предобработки и анализа с применением техник автоматизированного анализа текстов. В качестве иллюстрации возможностей используется недавнее исследование гендерных различий в сроках наказания за убийство по ст. 105 ч. 1 УК РФ. Обсуждение потенциала использования текстов приговоров дополняется обзором альтернативных источников судебных данных, доступных в России, а также рефлексией о преимуществах и ограничениях текстов приговоров по сравнению с другими источниками правовой информации.
Цель статьи - описать состояние такой отрасли, как социология психологического здоровья и болезни в России. Для достижения этой цели были проанализированы авторефераты социологических диссертаций, хранящиеся в онлайн-каталоге Российской государственной библиотеки. Выбор диссертационных исследований для анализа обусловлен тем, что это научные работы, прошедшие процедуру защиты и получившие официальное признание научного сообщества. Это дает возможность относиться к ним как к авторитетным источникам информации о состоянии и развитии социологии психологического здоровья и болезни в России. Авторефераты диссертаций включают сокращенное изложение основных положений диссертации, что дает возможность оперативно ознакомиться с целями, методами и результатами исследования. Метод анализа - обзор-картирование. Основное внимание уделялось целям и эмпирическим объектам исследования, упоминаемым в авторефератах. Было выявлено, что количество диссертаций по социологии психологического здоровья и болезни за период с 1995 по 2023 г. серьезно не изменилось, а данная тематика составляет менее 1 % от общего количества защищенных диссертаций. Самыми частыми эмпирическими объектами выступали следующие группы людей: инвалиды, потребители психоактивных веществ, молодежь и военнослужащие. Сопоставление результатов исследования с англоязычными обзорами демонстрирует, что российские диссертации сходны по своим декларируемым целевым ориентирам и эмпирическим объектам с упомянутыми в англоязычной литературе.
Статья направлена на оценку потенциала использования параданных при проведении качественных исследований на примере полуструктурированных интервью. Основная разница между сбором данных в качественных и количественных исследованиях заключается в степени формализации этого процесса: в качественных исследованиях учитывать весь контекст исследования гораздо сложнее, поскольку он отличается большей вариативностью, а его влияние на результаты исследования сильнее. Использование параданных позволяет формализовать учет контекста конкретного интервью за счет предварительного выделения фиксируемых элементов. На основе анализа литературы на тему сбора параданных в социологических исследованиях автор выделяет пять типов параданных: наблюдения интервьюера, информация об устройстве, используемом для участия в опросе, данные о поведении в процессе заполнения анкеты, параданные об интервьюерах и усилиях в процессе сбора данных (level-of-effort), вербальные и физиологические параданные. Далее эти типы параданных адаптируются для их сбора при проведении полуструктурированных интервью посредством перевода из количественной парадигмы в качественную. В результате выделяется четыре типа параданных, которые можно собирать в полуструктурированных интервью: наблюдения интервьюера о процессе сбора данных, параданные об интервьюерах и усилиях в процессе сбора данных, о поведении информанта в ходе интервью и об устройстве, через которое происходит интервью. Приведенные типы сопровождаются примерами параданных из полевого дневника автора и способами их использования в исследовании. Показывается, что включение параданных в метод интервью может позволить подробнее отразить контекст сбора данных, что, в свою очередь, повышает валидность полученных результатов. Отмечается, что все перечисленные типы параданных представляют собой формализованную рефлексию интервьюера о различных аспектах проведения конкретного интервью, выраженную посредством заметок в полевом дневнике. Подчеркивается, что применение параданных может оказаться перспективным подходом в качественных исследованиях.
В работе рассматриваются факторы, влияющие на субъективную удовлетворенность россиян жизнью. Исследование отличает использование в качестве объясняющих переменных социально ориентированных расходов консолидированных бюджетов регионов России (расходы на образование, здравоохранение и социальную политику) наряду с традиционными социально-демографическими характеристиками индивидов. Для анализа используются панельные данные, полученные путем объединения результатов общенациональных выборочных обследований индивидов РМЭЗ НИУ ВШЭ за 2015-2022 гг. и региональной статистики Росстата за 2010-2021 гг. В качестве инструмента эконометрического анализа применяется упорядоченная пробит-модель со случайными индивидуальными эффектами и фиксированными временными эффектами для панельных данных. В связи с возможной задержкой отдачи от переменных бюджетных расходов авторы рассматривают спецификации модели с различным числом временных лагов данных показателей. Полученные результаты свидетельствуют, что положительный эффект на удовлетворенность жизнью оказывают расходы на образование (в долгосрочном периоде) и расходы на здравоохранение (в краткосрочном и долгосрочном периоде), при этом для расходов на социальную политику выявлен либо отрицательный краткосрочный эффект, либо его отсутствие в зависимости от спецификации модели.
В работе изучается связь между консервативными установками и проэкологическим поведением в России. Обычно считается, что детерминантами проэкологического поведения являются постматериалистические (согласно теории Р. Инглхарта), или эмансипативные (согласно теории К. Вельцеля), ценности. Многие исследования показывали, что «либералы» значимо менее равнодушны к вопросам охраны окружающей среды по сравнению с «консерваторами». Однако относительно недавно стал заметен интерес консервативных активистов, правых популистов, националистов к «зеленой повестке», в том числе и в России, что неизбежно отразилось на проводимой экологической политике. При этом не до конца изучено, в какой степени изменения на уровне дискурса элит в области экологии влияют на установки и поведение населения. Можно ли на массовом уровне найти положительную связь между консервативными и проэкологическими установками и поведением?
Цель статьи - провести сравнительный анализ комментариев к региональным СМИ в Калининградской, Тульской и Томской областях, посвященных общественной коммеморации Великой Отечественной войны в контексте комбинации исследовательских возможностей методов машинного обучения и критического дискурс-анализа. Источниками выступили комментарии пользователей медиа Калининградской, Тульской и Томской областей в период с 2015 по 2021 г., посвященные коммеморации Дня Победы и Дня памяти и скорби, акции «Бессмертный полк», а также семейной памяти о событиях войны. Авторы комбинировали методы критического дискурс-анализа и машинного обучения. Анализ выборочной совокупности комментариев методами машинного обучения показал, что в трех избранных российских регионах в течение исследуемого периода доля положительных комментариев снижалась, а негативных - росла. Наибольшая доля критических комментариев в отношении всех изученных коммеморативных акций была зафиксирована в Томской области. Изучение избранной совокупности комментариев при помощи критического дискурс-анализа позволило раскрыть внутреннюю неоднородность этой тенденции, выявив взаимосвязь использования образов Великой Отечественной войны с оценкой актуальной социально-политической обстановки. Результаты дискурс-анализа показали, что использование памяти о событиях Великой Отечественной войны как варианта гражданской религии в современной России сталкивается с сакрализацией отдельных героев и образов семейной памяти о войне, которые все чаще противопоставляются официальным нарративам о Великой Отечественной войне. Вместе с тем исследование показало, что критика коммеморативных мероприятий в большей мере связана с текущими региональными социальноэкономическими проблемами, является предельно эмоциональной и ситуативной. Этот вывод позволил подробнее раскрыть и обосновать тезис о наличии тенденций поляризации и фрагментации массового исторического сознания в региональном интернет-пространстве. В контексте изученных примеров были сформулированы принципы комбинирования методов машинного обучения и критического дискурс-анализа при изучении восприятия населением региональной политики памяти.
В статье рассматриваются стратегии социальной включенности иногородних студентов, в первую очередь посредством университетских программ и городских активностей. Авторы определяют связь между стратегиями социальной включенности, приобретением социального капитала и устойчивостью положения студенческой молодежи в большом городе. Эмпирическую базу исследования составили 63 биографических интервью с иногородними студентами, обучающимися в Казанском федеральном университете (Казань) и Высшей школе экономики (Санкт-Петербург). Исследователи анализируют барьеры, с которыми сталкивается иногородняя студенческая молодежь, переезжая в большой город, и которые не ограничиваются бытовыми трудностями обустройства на новом месте. Изучая нарративы студентов, их практики использования ресурсов университета, способы расширения социальных связей, а также освоения возможностей города, авторы выделили несколько стратегий социального включения в новые условия жизни: использование ресурса университета, жизнь внутри «университета-теплицы», включенность в городскую жизнь без поддержки университета, университет - посредник вовлеченности студентов в городскую среду. Работа вносит вклад в исследования образовательной миграции и углубляет понимание процессов, происходящих со студенческой молодежью после переезда внутри страны.
Исследования подтверждают важную роль родителей в алкогольной социализации молодежи, однако мало изучено, как они влияют на предпочтения детей в выборе конкретных видов алкогольных напитков. В статье анализируется связь между видами алкогольных напитков, употребляемых молодыми людьми, и видами алкогольных напитков, выбираемых их родителями. В основе исследования - данные Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения НИУ ВШЭ (RLMS - HSE) за 2012-2019 гг. Выборка - 3095 респондентов 14-22 лет, потреблявших алкоголь в последние 30 дней. С помощью кластерного анализа выделено пять групп молодежи по составу потребляемых алкогольных напитков: «только пиво», «коктейли и другие напитки», «вино и пиво», «водка/самогон и другие напитки» и «коньяк, виски, ликер и другие напитки». Для оценки связи между потреблением различных алкогольных напитков молодыми людьми и их родителями использовалась мультиномиальная регрессия, где зависимая переменная - типология потребления алкоголя молодежью, а ключевые независимые переменные - виды потребляемого алкоголя хотя бы одним из родителей. Результаты показывают, что влияние родителей распространяется не только на факт употребления алкоголя, что было выявлено в исследованиях ранее, но и на выбор конкретных алкогольных напитков. Например, употребление вина одним из родителей увеличивает вероятность того, что их взрослый ребенок будет привержен типу потребления, включающему вино. Аналогичная ситуация наблюдается и для более крепких напитков, таких как водка, самогон и коньяк.
Издательство
- Издательство
- ВЦИОМ
- Регион
- Россия, Москва
- Почтовый адрес
- 119034, город Москва, ул. Пречистенка, д. 38, помещ. 1
- Юр. адрес
- 119034, город Москва, ул. Пречистенка, д. 38, помещ. 1
- ФИО
- Федоров Валерий Валерьевич (ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР)
- E-mail адрес
- ok@wciom.com
- Контактный телефон
- +7 (495) 7480807
- Сайт
- https://wciom.ru/