Статья: Уведомление федеральным государственным служащим о фактах склонения к совершению коррупционных преступлений: проблемы правового регулирования (2025)

Актуальной задачей развития судебной системы РФ является совершенствование организации судопроизводства. Цель работы — определение проблем, препятствующих прогрессивному развитию судопроизводства в Российской Федерации. В статье раскрываются основные нормативно-правовые, административно-управленческие и организационно-распорядительные причины и обстоятельства, которые негативно влияют на эффективность российского судопроизводства. На этом фоне продолжается рост служебной нагрузки на офис судьи. Многие офисы судей не имеют возможности выполнять служебные обязанности в срок и в соответствии с установленными правилами внутреннего распорядка. Проблемы, связанные с полномочиями судей и излишней ответственностью работников аппаратов судов, также негативно влияют на развитие судопроизводства в Российской Федерации, создают условия для высокой текучести кадров в судебной системе. В статье обосновывается необходимость устранения выявленных проблем организации судопроизводства. В условиях децентрализованного делопроизводства полномочия офиса судьи должны быть четко регламентированы. Для развития и повышения эффективности системы централизованного делопроизводства предлагается создание новой должности — младшего секретаря судебного заседания.

Анализ научного наследия австрийско-американского юриста-международника Джозефа Лоуренца Кунца (1890–1970) особенно актуален в сфере вопросов истории новой и новейшей зарубежной науки международного права. Исследование адаптирует совокупность методов интеллектуальной истории, юридической герменевтики и формальной логики с целью выявления сущности научных представлений Дж. Л. Кунца о системных изменениях международного права и его науки в XX в. Выявлено, что Кунц негативно оценивал смешение международного публичного и международного частного права, полагая такие опыты несостоятельными и вредящими развитию единственно подлинной международно-правовой науки — науки международного публичного права. Признавая беспрецедентные изменения в международном праве с 1914 г., Кунц указывал, что появление новых отраслей международного права, переход от адаптации частноправового инструментария к публично-правовому, появление многообразных международных организаций и иные новые тенденции международного общения вызвали к жизни острые дискуссии между представителями различных направлений международно-правовой мысли: юридического позитивизма, социологических подходов к международному праву, школы естественного права и прочих научных школ. Демонстрируется, что Кунц отчасти разделял оптимизм относительно движения системы международного права в сторону глобального общества, подчеркивая, что наука международного права должна своевременно и адекватно реагировать на изменения. Однако современное движение государств в сторону построения многополярного мирового порядка позволяет говорить о центральности принципа плюрализма суверенных государств, а не о формировании монистического глобального общества. Результаты исследования могут быть применены в учебном процессе в сфере теории и истории международного права.

Актуальность исследования правового регулирования трансграничной несостоятельности в условиях современных трансформаций и тенденций значительно возрастает. В частности, вывод Верховного Суда РФ о возможности банкротства на территории Российской Федерации иностранных юридических лиц вновь обращает внимание на необходимость специального правового регулирования данной категории трансграничных споров. В этой связи необходимо определить оптимальный способ унификации ключевых аспектов правового регулирования трансграничной несостоятельности в Российской Федерации с учетом современных вызовов и тенденций. Вопрос целесообразности разработки международного многостороннего договора специальной компетенции либо пересмотра позиции о формировании отдельного нормативного правового акта на уровне национального законодательства — ключевой для настоящего исследования. Автором проведен сравнительный анализ нормативных основ и практики признания иностранных банкротств в разрезе опыта зарубежных стран и Российской Федерации для выделения ключевых точек соприкосновения и различий в регламентации трансграничной несостоятельности на территории разных стран и для сравнения исследованного опыта с предпосылками формирования полноценной модели правового регулирования трансграничной несостоятельности в России. По результатам компаративистского анализа формируется вывод о целесообразности разработки специального международного многостороннего соглашения по вопросам признания и приведения в исполнение иностранных арбитражных решений.

Данную работу можно считать продолжением ранее опубликованной статьи «Использование теории катастроф в криминалистике» (Актуальные проблемы российского права. 2022. № 12. С. 204–212), в которой были кратко освещены общие положения теории катастроф, сделана попытка использования этой теории в расследовании преступлений, связанных с профессиональной деятельностью, предметом которых являются техногенные источники повышенной опасности. Однако, по мнению автора, с методологической позиции исследование двух динамических систем (преступной деятельности и деятельности по ее расследованию) следует проводить на основе принципов дуализма и изоморфизма. Это позволит наиболее полно понять сущность интеграционной модели вышеуказанных динамических систем, ее закономерные и случайные связи, познание которых будет способствовать ее конструктивному отражению как в научной и методической сферах деятельности, так и в практике расследования преступлений с целью получения системы доказательств по уголовному делу. В работе основное внимание уделено наиболее важным элементам этой модели: субъекту (на примере деструктивного поведения свидетеля, потерпевшего, мотивации и мотивов их противодействия расследованию); средствам решения задач раскрытия и расследования преступных деяний, включая использование современного оборудования и новейших технологий, позволяющих принципиально по-новому, конструктивно решать идентификационные и диагностические вопросы, что значительно снижает дисбаланс между средствами антикриминальной и криминальной деятельности.

На основе анализа современных научных подходов к определению функционального предназначения деятельности суда первой инстанции по обеспечению судебной защиты прав граждан в досудебном производстве по уголовным делам, именуемой также судебным контролем, обосновано отнесение судебного контроля к самостоятельной функции суда. Составной частью судебного контроля является рассмотрение жалоб в порядке ст. 125, 125.1 УПК РФ. По итогам изучения судебной статистики установлена низкая результативность судебного контроля по жалобам, обусловленная отсутствием корреляции между правовым регулированием данного института и правоприменением. С учетом расширения присутствия суда в досудебном производстве при сохранении ограниченных ресурсов судейского корпуса и совмещении судьями функций по рассмотрению уголовных дел и судебному контролю для надлежащего функционирования механизма судебной защиты прав граждан предложено выделить приоритеты судебного порядка рассмотрения жалоб. Во избежание становления судебного контроля на путь экстенсивного развития и подмены/дублирования судом полномочий руководителя следственного органа и прокурора до появления в уголовном процессе следственных судей необходимо в первую очередь уменьшить свободу усмотрения суда и сосредоточиться на правообеспечительном аспекте судебного контроля по жалобам. При рассмотрении жалоб суд должен выступать неким компенсаторным механизмом, указывающим на недостатки ведомственного контроля и прокурорского надзора, посредством которых и должны быть обеспечены защита/восстановление прав граждан, нарушенных преступлением / уголовным преследованием. Решение поставленных задач потребует улучшения качества нормативного регулирования, ограничения предмета судебного обжалования только жалобами на имевшие место нарушения, которые рассмотрены руководителем следственного органа и прокурором, сужения пределов вмешательства суда в уголовно-процессуальную деятельность дознавателя, следователя и прокурора, разработки новых критериев оценки судебного порядка рассмотрения жалоб, характеризующих реальное состояние правовой защищенности граждан при возбуждении и расследовании уголовных дел.

Статья посвящена правовым аспектам активно развивающейся сферы деятельности, связанной с дистанционным оказанием медицинской помощи (телемедициной). Становление данного института, несмотря на значительный общественный запрос на подобные медицинские услуги, сталкивается с рядом сложностей, в том числе юридических. Эти трудности рассматриваются как следствие противоречий технического или административного характера, последовательно разрешаемых на этапах зарождения телемедицины, ее становления, формирования необходимой для нее нормативной базы, а также реализации уже существующих правовых норм на практике. Идея о том, что противоречия в процессе правового регулирования способны выступить как катализатором развития права, так и препятствием для достижения его целей, иллюстрируется в статье примерами из российского и зарубежного опыта развития телемедицинских услуг. Одним из наиболее значимых противоречий является необходимость одновременной ориентации принимаемых правовых норм на два конкурирующих приоритета: доступность медицинских услуг и их высокое качество. Перспективы развития телемедицины в России и в мире непосредственно зависят от возможности найти инструменты, в том числе юридические, обеспечивающие баланс двух названных приоритетов.

В статье исследуются правовые аспекты SMART-стандартизации сферы промышленного производства. SMART-стандартизация рассматривается как новая передовая технология цифрового формата в области стандартизации. Выявлена недостаточная сформированность базового понятийного аппарата законодательства, касающегося в целом использования передовых технологий. Такое состояние снижает эффективность правовых норм и в определенной мере ограничивает возможности хозяйствующих субъектов. Показано, что SMART-стандартизация является деятельностью по разработке особого класса стандартов (машиночитаемых (SMART) стандартов). Сделаны выводы о правовой природе таких стандартов. Отмечено, что машиночитаемые (SMART) стандарты знаменуют переход от документоориентированного контента к данным, обрабатываемым машиной. Ввиду этого появление таких стандартов обусловливает фундаментальное изменение способа их использования, предполагает существенное снижение фактора человеческой ошибки при производстве продукции. Внимание уделено правовым проблемам, связанным с применением машиночитаемых (SMART) стандартов. Показано, что машиночитаемые (SMART) стандарты следует относить к элементам машиночитаемого права. Сделан вывод о необходимости уточнения патентной правовой политики в сфере стандартизации, одной из составляющих которой могли бы стать машиночитаемые (SMART) стандарты.

Статья посвящена изучению судебной практики по вопросам реализации принципа состязательности в арбитражном процессе. Выявлена этапность в развитии состязательного процесса, обусловленная динамикой социально-экономических отношений, сближением правовых систем, поиском подходов и способов достижения эффективности правосудия, сменой процессуальных парадигм. Установлено, что в результате судебного правоприменения сформированы правила состязания, основанные на содействии правосудию, добросовестном раскрытии правдивой информации и доказательств, имеющих значение для дела. Судами определены исключения из общего правила распределения бремени доказывания: неравенство в процессуальных возможностях доказывания и недобросовестное процессуальное поведение, заключающееся в нераскрытии информации, непредставлении доказательств, отказе от дачи пояснений. Бремя представления доказательств теперь не следует безусловно за бременем утверждения: в условиях неравенства процессуальных возможностей доказывания бремя представления доказательств возлагается на ту сторону, которая обладает или должна обладать доказательствами. Такие подходы являются обоснованными и соответствуют целям и задачам процесса. В то же время принцип правовой определенности требует встраивания выработанных правил в гражданско-процессуальную форму, а также их дальнейшей детализации и конкретизации.

В статье рассмотрены подходы к пониманию добросовестности в гражданском праве. Аргументирована недопустимость отождествления недобросовестности с гражданским правонарушением или его элементами. Использование субъективного критерия определения добросовестности (недобросовестности) приводит к смешению категории с формой вины. Добросовестность как сложное явление применяется в плоскости «поведение — законные интересы и соответствующие моральным установкам цели — добросовестность — мораль». Обосновывается всеобщий, универсальный характер принципа добросовестности. Наличие специального регулирования добросовестности применительно к отдельным видам отношений не допускает субсидиарного применения общих мер защиты от недобросовестного поведения. Под действие в обход закона с противоправной целью не подпадает недействительная сделка с пороком содержания. Злоупотребление при исполнении обязанности следует рассматривать в отношении кредитора по обязательству и по отношению к третьим лицам (обществу, государству), когда исполнение обязанности затрагивает их права и законные интересы. Исполнение обязанности в рамках обязательства должно соответствовать принципу надлежащего исполнения обязательства, что расценивается как случай специального регулирования реализации принципа добросовестности в гражданском праве. В отношении иных лиц поведение участников гражданских правоотношений может быть недобросовестным со стороны как управомоченных, так и обязанных лиц. Предпринята попытка определения признаков принципа добросовестности.

Статья посвящена исследованию особенностей и перспектив развития китайского правового регулирования налоговой обязанности, возникающих под воздействием цифровизации. Автором рассмотрены и проанализированы обязанности по уплате налога, по представлению налоговой отчетности по постановке на налоговый учет. Особое внимание уделено трансформации механизма правового регулирования НДС. На основе анализа норм об обязанности сдачи налоговой отчетности в КНР делается заключение о наличии у Китая передового опыта применения электронного инвойсинга, выражающегося в установлении для налогоплательщиков обязанности использования электронных счетов-фактур fapiao (фапяо), являющихся оригинальными и известными исключительно китайской практике налогового администрирования. Исследование показало, что обязанность по постановке на налоговый учет в КНР полностью цифровизована с точки зрения процесса ее исполнения, в результате чего потеряла самостоятельное значение как вид налоговой обязанности.

Несмотря на взаимные санкции и международные противоречия, в 2020-х гг. достигнут международный консенсус в отношении мер по противодействию размыванию налогооблагаемой базы и уклонению от уплаты налога. К настоящему времени в эволюции международного налогового режима и роли институтов, которые им управляют, согласованная налоговая политика транснационального налогообложения заняла самостоятельное место и нашла свою реализацию в национальных законодательствах не только стран G20/ОЭСР, но и большинства государств с развитыми налоговыми системами. Вместе с тем процессы турбулентности в экономической сфере последних 20 лет заставляют многие страны искать способы поддержки национальной экономики, в том числе путем предоставления экономических преференций в инвестиционной и налоговой сферах, что разрушает ранее достигнутые договоренности. Оппозиционное положение даже стран G20/ОЭСР и США, а также санкционная политика как инструмент давления подрывают достигнутый к 2017 г. консенсус в отношении плана BEPS. Кроме того, страны с развитой экономикой, а также высокоинтегрированные образования проводят конкурирующую налоговую политику и принимают собственные глобальные акты в вопросах транснационального налогообложения. Масштаб изменений, заложенных в окончательных отчетах BEPS, и принятие конкурирующих актов приводят к увеличению издержек налогового администрирования и росту экономической нагрузки.

В статье рассматривается проблематика отмены ограничения на количество последовательных сроков на посту главы субъекта РФ, на которые раньше могло избираться одно и то же лицо. Отмечается, что конституционно не установлена обязанность законодателей устанавливать такого рода ограничения, более того, подобное ограничение конституционно определено только для главы государства. И с учетом последних изменений в законодательстве России, а именно в связи с отменой ограничения на занятие одним и тем же лицом должности главы субъекта РФ более двух сроков подряд, если население удовлетворено работой главы региона, оно может избрать это лицо на третий срок и более. В статье выделены потенциальные риски, связанные с низким уровнем правосознания населения региона и его стремлением к стабильности, что может привести к консолидации власти на длительный период в руках не только одного человека, но группы людей, так как глава субъекта РФ участвует в формировании высшего органа исполнительной власти субъекта РФ. Делается вывод, что ограничение количества сроков полномочий главы субъекта РФ является важной мерой, направленной на защиту демократических принципов и предотвращение злоупотребления властью. Таким образом, данная норма должна быть возвращена в российское законодательство, несмотря на возможные аргументы в пользу ее отмены. Это связано с тем, что в сегодняшнем виде рассматриваемая норма не соответствует конституционному принципу сменяемости власти (ст. 1 и 3 Конституции РФ).

В статье рассматривается юридический механизм принудительного прекращения гражданства оптированных граждан. Особое внимание уделяется институту прекращения гражданства вследствие совершения преступления (приготовления к преступлению или покушения на преступление); действий, создающих угрозу национальной безопасности РФ; неисполнения обязанности по первоначальной постановке на воинский учет. В ходе исследования нормативно-правовой базы и правоприменительной практики было отмечено, что законодательство требует доработки в части формализации оснований для прекращения гражданства лиц, которые приобрели его в ходе присоединения к Российской Федерации новых территорий в 2014 и 2022 гг. Так, автором обнаружены пробелы в законодательном регулировании относительно момента и факта взятия оптированными гражданами (как совершеннолетними, так и не достигшими возраста 18 лет) на себя обязательства по соблюдению Конституции РФ и законодательства РФ, нарушение которого влечет за собой прекращение российского гражданства. В работе делается вывод о необходимости внесения изменений в п. 2 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 28.04.2023 № 138-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации».

Статья посвящена конституционной связи активного и пассивного избирательного права, потребность в установлении которой объективно возникает при анализе и научной характеристике природы, а также сущности этих прав. Показана сложность конституционной связи активного и пассивного избирательного права, состоящая в одновременном существовании и взаимном наложении нескольких видов связей: связь-объединение, причинная связь, связь состояний, соответствие между следствиями одной причины, соответствие между следствиями разных причин. Данный вывод сопровождается пояснениями относительно того, каким образом доктринальная идентификация, дифференциация и интерпретация перечисленных видов конституционной связи активного и пассивного избирательного права могут быть использованы для достижения целей конституционно-правового регулирования электоральных отношений, а также конституционного нормоконтроля.

Предметом исследования являются понятие и признаки, виды и актуальные проблемы деятельности специализированных институтов государственной правозащиты. Автором предложена дефиниция и разработана классификация признаков и видов этого важного института государственной правозащитной деятельности. Анализ нормативных правовых актов и практической деятельности института специализированных уполномоченных, а также законодательства зарубежных государств о специализированных омбудсменах позволил автору выделить современные тенденции развития данного правозащитного механизма и обозначить перспективы его совершенствования. Важнейшее место среди субъектов государственной правозащитной деятельности занимают специализированные институты государственной правозащиты. Они выступают дополнительными средствами защиты прав человека по отношению к базовым механизмам государственной власти, направленным на защиту прав и основных свобод (суд, прокуратура, органы исполнительной власти, уполномоченные по правам человека и др.). Это означает, что их компетенция носит вспомогательный характер и они включаются в работу, когда пробуксовывают базовые механизмы. Они необходимы также как средство досудебного разрешения споров.

В статье анализируются взгляды ученых-правоведов на значение и спектр научного применения словосочетания «правовая природа». Более 100 лет в российской правовой науке это словосочетание активно использовалось самыми известными учеными, но единства в понимании его смысла не сложилось. Масштаб и спектр применения российскими учеными этого словосочетания увеличились настолько, что появились авторы, которые забили тревогу, указывая, что оно не несет в себе признаков научного термина. В последнее десятилетие проведено несколько специализированных исследований, в которых показано, что словосочетание «правовая природа» используется в юриспруденции более чем в 10 значениях. Авторы отмечают, что слово «природа» не имеет единого значения не только в юриспруденции, но и в философии. При этом каждый из них попытался сформулировать определение научного понятия, номинируемого указанным словосочетанием. Ученые аргументированно доказывают несостоятельность этих попыток, раскрывают негативные аспекты научного применения словосочетания «правовая природа», формулируют предложения по преодолению оформившейся тенденции к применению многозначных терминов вообще и данного словосочетания в частности.