Статья: КУЛЬТУРА ПИТАНИЯ ЮКАГИРОВ: ТРАДИЦИИ И НОВАЦИИ (СЕРЕДИНА XVII - ПЕРВАЯ ЧЕТВЕРТЬ XXI В.) (2025)

Русско-японская война 1904-1905 гг. стала крупнейшим столкновением двух держав, располагавших примерно равными по силам флотами, со времён Наполеоновских войн. Именно морские операции определили её ход и конечный итог. Не случайно, что они привлекли к себе пристальное внимание военно-морских экспертов со всего мира. Британские военно-морские атташе на правах представителей союзной державы получили доступ к эксклюзивной информации, им позволили находиться на кораблях Императорского флота Японии и непосредственно наблюдать морские операции. Таким образом британское Адмиралтейство получало наиболее полный и подробный анализ боевых столкновений на море в 1904-1905 гг. В статье предлагается анализ выводов, сделанных британским военно-морским командованием, а также их практического применения. Автор выделяет причины, по которым наибольшее внимание уделялось совершенствованию стратегии и тактике использования линейного флота. Военные действия на море в 1904-1905 гг. выглядели именно так, как предсказывал адмирал А. Т. Мэхен ещё в конце ХIХ в.: исход войны на море решили грандиозные битвы линейных кораблей. На принятые решения повлияли не только сугубо военные, но и политические соображения. Дредноут превратился в своеобразную визитную карточку, демонстрирующую экономические и промышленные возможности «великой державы».

В статье на основе новых концептуальных подходов и архивных материалов анализируется использование коммуникативных средств для формирования ментального пространства дальневосточного общества в контексте эмоционально-идеологического и деятельного мировосприятия в годы Великой Отечественной войны. Средства массовой информации рассматривались как составная часть социокультурных институтов с функциями пропагандиста и агитатора морально-политического единства советского общества при защите социалистического Отечества. В системе пропагандистского дискурса использовались судебно-следственные материалы, дневники и письма, фото- и кинодокументы в рамках противопоставления фашистской идеологии. Военная повседневность воздействовала на языковую картину мировосприятия и сформировала лексику, которая становится одним из маркеров в пространственном континууме. Средства массовой информации формировали концепт общенародного характера Великой Отечественной войны, мобилизационную составляющую единения фронта и тыла. Выявлено, что при формировании ментального пространства Дальнего Востока СССР в годы Великой Отечественной войны использовалась идеологическая составляющая морально-этических, духовно-нравственных установок, направленная на эмоционально-образное и когнитивное восприятие событий, что усиливало индокринацию дальневосточного общества, побуждало к защите Отечества на личностном и общественном уровнях. Благодаря использованию набора визуальных и вербальных приёмов обращения к историческому прошлому происходит героизация образа советского народа, ментальных основ патриотизма. Человеконенавистнической идеологии расизма и геноцида противопоставлялись солидарность и дружба народов, идеи гуманизма. В эмоционально-патриотической тональности формировалась семантика защиты Отечества «Всё для фронта, всё для Победы!».

В статье рассматривается функционирование предприятий угледобывающего комплекса Дальнего Востока в годы Великой Отечественной войны. Показано, что развитие отрасли, как и на предшествующем этапе, осуществлялось в рамках мобилизационной модели и с применением экстенсивных методов. Вместе с тем, если в 1930-е гг. в результате перераспределения финансовых, материальных и трудовых ресурсов были достигнуты значительные успехи в реконструкции, то с началом войны дальневосточным предприятиям пришлось решать вопросы обеспечения дальнейшей работы за счёт собственных сил. Прекращение поставок оборудования и материалов из центра, сокращение числа шахтёров вследствие мобилизации, а также износ имевшихся фондов обусловили кратное падение объёмов производства, сужение географии добычи и рост аварийности. Проблемы с топливоснабжением в Приморском и Хабаровском краях обусловили вмешательство центра в развитие региональной отрасли в 1943-1944 гг. Проведение реорганизации в системе управления, а также частичное удовлетворение потребностей дальневосточных предприятий в необходимых ресурсах позволили крупнейшим трестам и шахтоуправлениям обеспечить положительную динамику на заключительном этапе войны. Однако в полной мере достигнуть довоенного уровня добычи не удалось. Угольные предприятия, расположенные в труднодоступных районах (Сахалин, Колыма, Камчатка, Чукотка) в значительно большей степени испытали трудности военного времени. Несмотря на рост объёмов выдаваемого угля на отдельных шахтах, добыча в указанных районах, как правило, производилась кустарными методами на плохо оборудованных рудниках.

В статье рассмотрена производственная деятельность предприятий Дальневосточного районного энергетического управления (Дальэнерго) в годы Великой Отечественной войны. Дальэнерго было самой восточной энергетической системой СССР, отличавшейся от других энергосистем страны скромными производственными мощностями, географически ограничивавшейся лишь территорией Амурского залива на юге Приморья. Дальэнерго вступило в войну на стадии формирования и организации энергосистемы, когда не была завершена реконструкция владивостокских электросетей. Эту проблему пришлось срочно решать в условиях начавшейся войны, чтобы повысить надёжность электроснабжения оборонных предприятий. Завершить реконструкцию распределительных пунктов и сетей Владивостокского узла и выполнить капитальный ремонт оборудования электростанций во многом помогла материально-техническая помощь, полученная Дальэнерго в 1943-1944 гг. от поставок по ленд-лизу. Предприятия Дальэнерго на протяжении всех военных лет работали на пределе своих возможностей. Несмотря на все трудности, в целом они справились с поставленными задачами по бесперебойному и качественному снабжению электричеством потребителей, в первую очередь Дальзавода, Владивостокского морского порта и завода «Металлист». Работники Дальэнерго, в том числе женщины, занявшие ведущие должности в области электроэнергетики, обеспечили надёжность работы энергетических предприятий. Благодаря их самоотверженному труду и рационализаторским предложениям были достигнуты высокие технико-экономические показатели в работе предприятий. Сделан вывод, что эффективность производственной деятельности Дальэнерго в годы Великой Отечественной войны во многом зависела от обеспеченности предприятий материально-техническими и трудовыми ресурсами, недостаток которых был острым на всём протяжении военного времени.

В статье акцентируется внимание на том, что празднование 80-летия Победы закономерно актуализирует исследовательский интерес к такой важной теме, как история Второй мировой войны, её предпосылки, причины, участники, итоги и последствия. На Дальнем Востоке современная историография активно обращается к завершающему этапу Второй мировой войны - войне СССР и Японии 1945 г., провоцируя формирование различных, порой прямо противоположных взглядов на события Советско-японской войны. В связи с этим автор выделяет несколько проблем, вызывающих наиболее частые разногласия учёных. В частности, это Пакт о нейтралитете между Японией и Советским Союзом от 13 апреля 1941 г., правомерность денонсации которого советской стороной подвергается противоречивым толкованиям. По-разному оценивают историки вступление СССР в войну с Японией: одни - как исполнение долга перед союзниками (Великобританией и США), другие - как незаконное нарушение нейтралитета (с Японией). Многочисленные дискуссии вызывает вопрос о роли СССР в войне и достижении безоговорочной капитуляции Японии. Острый характер присущ спорам о территориальных итогах Советско-японской войны и передаче Советскому Союзу Южного Сахалина и Курильских островов. Исходя из того факта, что Япония полностью замалчивает или отвергает свою вину в развязывании и ведении войны, автор анонсирует новые современные статьи, содержащие фактические данные о преступлениях Квантунской армии и японских милитаристов, ставящие вопрос об ответственности Японии за развязывание Второй мировой войны и её итоги.

В статье на материалах государственных архивов Приморского и Хабаровского краёв исследован вклад учащихся и выпускников системы трудовых резервов в экономику Дальнего Востока в годы Великой Отечественной войны. Установлено, что комплектование школ фабрично-заводского обучения, ремесленных и железнодорожных училищ проходило прежде всего за счёт местной молодёжи, с 1943 г. стали привлекать также юношей из западных районов страны. Выявлено, что процесс адаптации выпускников школ и училищ на производстве проходил сложно: большинство из них не справлялось с производственными нормами, что было следствием слабой профессиональной подготовки, физической слабости и плохих жилищно-бытовых условий, которые не позволяли полноценно восстанавливать силы после напряжённой работы. Итогом этих процессов стали прогулы, самовольный уход с предприятий (дезертирство), в результате чего некоторые из нарушителей трудового законодательства подвергались уголовному наказанию в виде лишения свободы. Доказано, что на тех предприятиях, где выпускникам были созданы нормальные условия, нарушения трудового законодательства были минимальными. В заключении сделан вывод, что работа учащихся и выпускников системы трудовых резервов в условиях острого дефицита рабочих рук позволила выполнить задачу пополнения народного хозяйства Дальнего Востока рабочими кадрами.

В данной статье осуществляется комплексное исследование условий и особенностей формирования одного из сравнительно поздних идеологических направлений тибетского буддизма, получившего наименование риме (тиб. ris med), что переводится как «непредвзятый» или «вне разделений». Это движение возникло в Тибете в последней трети XIX в. и явилось реакцией на преобразования, происходившие в рамках буддийской традиции. Обсуждаются аналогичные процессы, оказывавшие влияние и на другие регионы центральноазиатского буддийского пространства, в частности на Бурятию. В контексте данного анализа акцентируется внимание на духовной деятельности выдающегося бурятского ламы, йогина и религиозного мыслителя Лубсан-Самдана Цыденова. Исследуется его значительная роль в сохранении древних буддийских традиций на территории Российской империи и его амбициозные усилия по реализации идеалов в области политической практики, выраженные в учреждении в 1919 г. теократического государства, базирующегося на буддийских принципах власти. Анализируются ключевые концепции и идеи традиции риме, включая возрождение индийского образа йогина-учёного, а также акцент на сохранении как письменной, так и устной передачи знаний. Кроме того, рассматривается, как данный мастер бурятского духовенства возрождал медитационные практики и аскетические пути, характерные для эпохи индийских и тибетских йогинов, вдохновляя новое поколение последователей к углублённому изучению и практике духовного пути. В заключение дискуссии подчёркивается важность данной традиции для современных буддийских последователей как в России, так и в Центральной Азии, а также её потенциал для дальнейшего развития и исследования.

В задачи этнографического изучения лыж юкагиров-собаководов (одулов) входят уточнение их типов, назначение и современное состояние. Основными источниками являются научные публикации, музейные коллекции, материалы автора. Исследование опирается на применяемые в этнографии методы: типологический, сравнительно-сопоставительный, визуального наблюдения, фотофиксации. Лыжами пользовали все одулы, способные самостоятельно передвигаться: мужчины, женщины, старики, дети. На фотографиях и мужских промысловых пиктограммах на бересте, собранных В. И. Иохельсоном, запечатлены лыжники. В зависимости от времени года лыжи были скользящие и ступательные. Скользящие с приклеенной шкурой с ног оленя/лося/лошади относятся к восточносибирскому типу, известны народам Якутии, кетам, частично хантам и ненцам. В конце XIX - начале XX в. юкагирские лыжи с меховой обтяжкой были шире, чем у других народов Северо-Восточной Сибири. Аналоги скользящим голицам без меховой обтяжки имеют ханты и манси. Юкагиры сохранили воспоминания о каркасных снегоступах, названия ассоциированы с лапой ворона, они известны чукчам, корякам, эскимосам, ительменам, курильским айнам. Научные публикации и материалы автора конца XIX - конца XX в. показывают тяготение скользящих лыж одулов к народам Западной Сибири, снегоступов - крайнему северо-востоку Азии, что иллюстрирует смешанный характер одульской культуры. С распространением в XXI в. покупных моторизованных снегоходов и фабричных лыж традиционные предметы вышли из употребления.

В статье на материале драмы Г. Дьячкова «Розовая чайка» рассмотрен комплекс этнографизмов как проявление культуры юкагиров. Актуальность исследования связана с обращением к уходящей культуре, сохраняющей комплекс духовно-нравственных ценностей одного из малочисленных народов Крайнего Севера. Новизна заключается том, что прежде этнографизмы на материале обозначенного произведения предметом особого изучения не становились. Мировоззрению как проявлению этнографизмов отводится ведущая роль (оно большей частью реализуется в репликах персонажей), а реалиям - роль второстепенная (они упоминаются в ремарках автора и в репликах персонажей). Выявлены следующие компоненты мировоззрения: язык, семья, человек, мужчина и женщина, их поведение и присущие им виды деятельности, этномедицина и этнопедагогика, жертвоприношения и вера в приметы, обмен подарками и угощение. К реалиям отнесены наименования и предметные реалии, в том числе и усвоенные юкагирской культурой. Сделаны выводы о том, что в своей совокупности оба вида этнографизмов работают на создание образов и их оценки, на развитие сюжетной линии, на формирование этнопоэтики. Традиционная стадия мировоззрения юкагиров транслируется как норма, а современная (советская) - как отход от неё. Но особенности эволюции заключаются в возвращении среднего и младшего поколений юкагиров и обращении русских к традиционному мировоззрению юкагиров, воспринимаемому образцом, включении его элементов в современное (советское) мировосприятие. В целом развитие литературы юкагиров в рассмотренном аспекте связано с трансляцией этапов становления национального мировоззрения и выбором традиционного мировоззрения в качестве одного из путей эволюции.

В статье анализируются динамика языковой ситуации и этнокультурные процессы у эвенов, которые компактно проживают на территории пяти регионов Российской Федерации: в Камчатском крае, Магаданской области, Республике Саха (Якутия), Хабаровском крае, Чукотском автономном округе. Цель исследования - выявление особенностей языковой ситуации у эвенов, проживающих в разных регионах. Задачами исследования поставлены: описание языковой ситуации в зависимости от численности и удельного веса эвенов в посёлках, в районе и в регионе; анализ разноуровневых показателей владения эвенским языком; осуществление ГИС-картографирования распространения эвенских диалектов, наречий и говоров во взаимосвязи с природными условиями, расселением, хозяйственной деятельностью и культурными особенностями мест проживания эвенов. Работа выполнена на оригинальных материалах по эвенскому языку, собранных как полевым путём, так и из архивных и опубликованных источников; включает в себя карты, составленные авторами, которые демонстрируют использование геоинформационных систем (ГИС), представляют языковую ситуацию и этнокультурные процессы в географическом контексте. Анализ материала позволяет прояснить границы диалектных ареалов; уточнить лингвистическое членение диалектных областей, коррелируя с территорией обитания эвенских родов; конкретизировать ключевые социолингвистические параметры определённых поселений, входящих в эвенский языковой континуум; соотнести языковую ситуацию и этнокультурные процессы у эвенов с конкретной географической и социально-исторической средой. Исследование показало, что языковая ситуация среди эвенов неоднородна и зависит от конкретного места проживания. Эвенский язык лучше всего сохранился в тех населённых пунктах, где эвены составляют большинство населения, имеют свои национальные территории, занимаются традиционным природопользованием и ведут кочевой образ жизни в родовых общинах. Установлено, что особенности языковой ситуации и этнокультурных процессов определяются территориальным фактором и этносоциальными параметрами. Важную роль в сохранении языка играет обучение детей на эвенском языке, а также деятельность национально-культурных организаций, направленная на поддержку и развитие языка и культуры эвенов. В статье приводятся условия более комфортного существования эвенского языка.

В статье исследуется одна из ранних записей якутского героического эпоса олонхо, повествующая о богатырях-братьях: «Братья - Внук Айыысыт Ала Хара и внук Иэйэхсит Илэ Хара». В центре внимания находится проблема локальной атрибуции источника. Запись была выполнена в 1859 г. неустановленным грамотным носителем традиции как бы в подражание первой дошедшей до нас «самозаписи» якутского эпоса - «Олонхо» А. Уваровского (1844) - и является хронологически третьей известной на сегодняшний день сравнительно полной письменной фиксацией олонхо. Текст иллюстрирует один из характерных сюжетных типов якутских героических сказаний, в котором на протяжении всего нарратива действуют совместно и достигают цели одновременно два богатыря - родных брата. Запись была несколько отредактирована и опубликована Э. К. Пекарским в составе издававшейся им академической серии «Образцы народной литературы якутов» в 1910 г. Публикация архивных материалов по якутскому фольклору, расширение знаний в области диалектологии якутского языка в наши дни дают возможность выдвинуть обоснованную гипотезу о вероятном месте выполнения данной записи. По результатам рассмотрения, им могут быть Жулейский или Жехсогонский наслеги бывшего Ботурусского (ныне Таттинского) улуса Якутии, что стыкуется с историческими сведениями о жизни и деятельности Э. К. Пекарского в области. В работе также обсуждается круг частных вопросов диалектологии якутского языка.

Цель автора - изложить результаты исследовательской аналитики Н. Б. Киле, касающейся всех видов ритуальной скульптуры нанайцев. Для этого предпринимается попытка обобщить и систематизировать сведения о нанайской ритуальной скульптуре, собранные учёным. Материалы Н. Б. Киле по предложенной теме представляют особый интерес ввиду проведённых им многочисленных экспедиций, тематического разнообразия собранных данных, а также глубокого знания культуры аборигенов Амура. Источниковой базой статьи стали научные отчёты и дела исследователя, хранящиеся в архиве Института истории, археологии и этнографии ДВО РАН. Несмотря на филологическую специализацию Н. Б. Киле, в его полевых материалах собран большой объём сведений о материальном аспекте духовной культуры нанайцев. Особый интерес для исследования представляют фольклорные тексты и комментарии к ним, сделанные либо самим автором, либо его информантами. Автор данной статьи делит все виды ритуальной скульптуры, отражённой в трудах Н. Б. Киле, на три типа: сэвэны, ритуальные столбы, скульптура для поминального обряда; анализирует предложенную Н. Б. Киле классификацию сэвэнов (аями, адо, дюли); прослеживает эволюцию основных элементов данной классификации. Сведения, касающиеся ритуальных столбов и поминальной скульптуры, не столь обширны, как информация о сэвэнах. Однако они позволяют судить об отголосках ритуальных и художественных практик, бытовавших среди нанайцев ещё в середине XX в.

В статье рассмотрено влияние семейного воспитания на процесс формирования и передачи духовно-нравственных ценностей молодёжи в семье одного из представителей коренных малочисленных народов Нижнего Амура и Сахалина (нанайцев) на основе архивного наследия Н. Б. Киле. Духовно-нравственные ценности и их межпоколенная передача являются одним из основных элементов культуры. В процессе передачи традиций, культурных ценностей от поколения к поколению осуществляется культурная трансмиссия - процесс передачи соответствующих данной культуре знаний, умений, навыков, традиций, обычаев и ценностей от одного индивида к другому, от одной культуры к другой через научение, т. е. посредством народной педагогики. Выбор источниковой базы обусловлен тем, что Н. Б. Киле, будучи коренным нанайцем и в совершенстве владея родным языком, совершил немало командировок в места проживания этого народа, где для всех он был «своим человеком». Он изнутри знал процесс формирования и передачи трудовых и морально-этических норм, устных народных традиций. Представленный материал позволяет сделать следующие выводы. В традиционном обществе функция воспитания подрастающего поколения полностью лежала на членах семьи и рода, тогда как в советский период в силу ряда объективных и субъективных причин механизм передачи духовно-нравственных ценностей был практически утрачен. В настоящее время трансмиссию духовно-нравственных ценностей в большей степени выполняют детсады и школа, нежели семья. Проблема заключается в том, что семья вследствие отлучения детей от родителей, уменьшения количества школ с обучением на родном языке, стремлением к унификации культуры семейных отношений утеряла многие ценности, веками считавшиеся основой семейного воспитания. Это, в свою очередь, не могло не привести к снижению роли семьи в воспитании детей, игнорированию национального, специфического в жизни этносов России.

В статье рассматривается структура и содержание тома «Нанайский фольклор: Нингман, сиохор, тэлунгу», опубликованного в 1996 г. в серии «Памятники фольклора народов Сибири и Дальнего Востока» (том 11). Данное издание явилось первой академической публикацией фольклорных произведений нанайцев, подготовленной известным учёным Николаем Батуновичем Киле. Выходец из народной среды, знаток и носитель родной культуры, учёный органично объединил эти знания с научным анализом, умело применив комплексный междисциплинарный подход, принятый в томах сибирской серии. Автор данной статьи приходит к выводу о том, что использование Н. Б. Киле методов фольклористики, лингвистики, этнографии, этномузыкологии сказались на характере научных статей тома, на содержании комментариев, на нотных текстах и аудиоприложении на CD. На основе народной терминологии в томе дана жанровая классификация фольклорного материала, включённого в текстовый корпус. В фольклористической статье, предваряющей тексты (на нанайском и русском языках), проанализированы сюжетный строй, поэтика и лексика мифов, преданий, мифологических рассказов (тэлунгу), сказок-мифов и собственно сказок (нингман), заимствованных сказок (сиохор). На основе исследования музыкальной стороны повествовательного фольклора нанайцев и нотной записи образцов в музыковедческой статье установлено, что определённым фольклорным видам соответствуют различные типы интонирования. Подготовка тома «Нанайский фольклор…» осуществлена на базе предыдущих аналитических материалов составителя Н. Б. Киле, о чём свидетельствуют пересечения с его научными статьями, изданными ранее.

В 2025 г. исполнилось 100 лет со дня рождения известного нанай‑ ского учёного Николая Батуновича Киле (1925—1999). В данной рубрике собраны статьи, как посвящённые воспоминаниям об этой выдающейся личности, так и тематически имеющие отношение к кругу научных про‑ блем, решению которых известный лингвист, фольклорист, этнограф отдал более 30 лет жизни. На предложение поучаствовать в этой рубрике откликнулись не только сотрудники Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН (г. Владивосток), где много лет проработал Н. Б. Киле, но и коллеги из Института филологии СО РАН (г. Новосибирск; известный исследователь несколько лет рабо‑ тал и в Новосибирском научном центре), Института мировой литературы им. А. М. Горького РАН (г. Москва), Института гуманитарных исследова‑ ний и проблем малочисленных народов Севера СО РАН (г. Якутск).