В статье анализируется гипотеза о том, что сознание не является эпифеноменом нейронной активности, а представляет собой фундаментальное свойство самой реальности. Опираясь на современные философские и научные источники, включая обзорные статьи HighTech. plus (2026) [2, 3], рассматриваются три основных подхода: материализм, дуализм и панпсихизм / теория интегрированной информации (IIT). Особое внимание уделено аргументам Дэвида Чалмерса о «трудной проблеме сознания» [7], математической теории интегрированной информации Джулио Тонони [21], а также квантово-механическим моделям (Пенроуз – Хамерофф) [16]. Дополнительно вводится перспектива клеточного микросознания, согласно которой элементарные когнитивные способности присущи каждой отдельной клетке, а мозг выступает как интегрирующая система [3]. Показано, что, несмотря на успехи нейронаук в корреляции мозговой активности с психическими состояниями, объяснительный разрыв сохраняется. В заключении предлагается рассматривать сознание как эмерджентное свойство сложных информационных процессов, при этом гипотеза о фундаментальности сознания остаётся философски когерентной, но требует дальнейших эмпирических критериев. Дополнительно обсуждаются практические следствия для этики, искусственного интеллекта и понимания природы физической реальности.
В статье исследуется эволюция стратегического менеджмента от классических концепций И. Ансоффа до современных подходов, обусловленных цифровой трансформацией, глобальной нестабильностью и ESG-императивами. Показано, что фундаментальные идеи Ансоффа (матрица «продукт–рынок», слабые сигналы, социальная инерция) сохраняют актуальность, но требуют переосмысления в условиях турбулентности XXI века. Выделены три ключевых вектора развития: цифровая трансформация (data-driven решения, искусственный интеллект, сценарное планирование), устойчивое развитие (интеграция ESGпринципов, гибридные организации) и agile-менеджмент (итеративные стратегии, организационная гибкость). Рассмотрены платформенные бизнес-модели и концепция динамических способностей. Определены «неприрученные проблемы» современного стратегического управления и перспективные направления исследований, включая роль ИИ в принятии решений, микрооснования динамических способностей и экосистемную стратегию.
На основе совместного исследования «Газпром нефти», «Газпромбанка» и «Северстали» «Мегатренды 2026» [1] и собственных исследований рассматриваются некоторые особенности будущего цифрового развития мира. Анализируются девять мегатрендов, формирующих новую технологическую реальность: новые типы связи, широкая имплементация искусственного интеллекта в бизнес-процессы, расширение автономности робототехники и беспилотных авиационных систем, усиление возможностей квантовых технологий, развитие новых методов защиты данных, появление новых методов вычислений и типов микроэлектроники, расширение возможностей биотехнологий, слияние цифрового и физического мира, диверсификация источников энергии. Выявлены системные эффекты конвергенции этих трендов, их влияние на нефтегазовую отрасль, финансовый сектор и промышленность. Сделан вывод о переходе от цифровизации как инструмента оптимизации к цифровой трансформации как новой операционной реальности, где технологии становятся активными агентами изменений.
В статье представлен обзор результатов крупномасштабного рандомизированного экспериментального исследования (N = 1 222), впервые предоставившего причинно-следственные доказательства того, что кратковременное (10–15 минут) использование ИИ-ассистентов приводит к снижению самостоятельной продуктивности и настойчивости при решении когнитивных задач [32]. Анализируются нейрофизиологические механизмы этого эффекта, включая феномен «когнитивного офлоадинга» (когда регулярное использование нейросетей приучает мозг делегировать им хранение информации, рутинные расчёты, подбор формулировок, обобщение, выводы, структурирование данных и снижение нейропластичности). На основе данных российских исследований и экспертных оценок рассматривается специфика восприятия и последствий внедрения ИИ в России. Обсуждаются долгосрочные риски для когнитивного здоровья, включая потенциальное повышение уязвимости к нейродегенеративным заболеваниям, а также формулируются практические рекомендации по минимизации негативных эффектов.