Введение. Актуальность исследования, результаты которого представлены в статье, обусловлена интенсивным внедрением беспилотных летательных аппаратов (далее - БПЛА) в оперативно-разыскную деятельность органов внутренних дел. Опыт специальной военной операции выявил высокий разведывательный и мониторинговый потенциал технических устройств данного вида, что предопределяет их востребованность и в правоохранительной сфере. Вместе с тем применение беспилотников при проведении оперативно-разыскных мероприятий, в частности обследований помещений и участков местности, порождает правовые коллизии, затрагивающие конституционные права граждан. По данным МВД России за 2025 год, с использованием БПЛА было выявлено 460 преступлений, пресечено более 2,5 тысячи административных правонарушений, что подтверждает эффективность таких устройств. Однако по-прежнему актуальной остается проблема совершенствования нормативной базы в части, касающейся их применения.
Методы. В ходе исследования были проанализированы правовые нормы и правоприменительная практика. При работе с полученной таким образом информацией оказался востребован метод обобщения. Кроме того, достижению поставленных целей способствовали сравнительно-правовой и статистический методы.
Результаты. Рассмотрены вопросы законности обследований с применением БПЛА при фиксации преюдиционных преступлений, а также при проведении гласных оперативно-разыскных мероприятий, результативность которых может быть снижена из-за предварительного уведомления заинтересованных лиц об использовании технических средств. Проанализированы проблемы обеспечения конспирации при организации негласных оперативно-разыскных мероприятий. Особое внимание уделено противоречиям между положениями Воздушного кодекса Российской Федерации, Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и ведомственных актов, касающимися разрешений на авиационные работы и статуса БПЛА как специальных технических средств. Сформулированы предложения о внесении корректив в нормативную базу. Обоснована высокая эффективность применения БПЛА для дистанционной фиксации противоправных деяний, в том числе посредством инфракрасной съемки. Разработаны практические рекомендации по повышению результативности оперативно-разыскных мероприятий, раскрывающие возможности совершенствования тактики обследования путем применения беспилотных летательных аппаратов.
Введение. Цифровизация общественных отношений и массовый переход преступности в информационно-телекоммуникационную среду требуют пересмотра традиционных подходов к оперативно-разыскной деятельности. Оперативный поиск как инициативный метод выявления преступлений в новых технологических условиях сталкивается с отсутствием в российском законодательстве правового основания для его осуществления. Буквальное толкование закона фактически лишает оперативно-разыскную деятельность наступательности, сводя использование ее потенциала к ситуациям, когда признаки преступления уже проявились. Это особенно негативно сказывается на выявлении латентных киберпреступлений.
Методы. Проведение исследования опиралось на системно-структурный подход, позволивший сконструировать многоуровневую модель реализации цифрового оперативного поиска. Востребованным оказался сравнительно-правовой метод. Применены методы OSINT-аналитики, Data Mining, социально-сетевого, экономического и структурного анализа цифровых следов. Были также задействованы формально-юридический метод и метод моделирования оперативно-разыскных процессов.
Результаты. Обоснована необходимость закрепления в российском законодательстве отдельного основания для инициативного цифрового поиска с использованием возможностей OSINT-аналитики, фиксации цифровых следов и теней.
В противном случае нарастают риски признания в уголовном процессе собранных цифровых данных недопустимыми доказательствами. Разработана пятиуровневая модель цифрового оперативного поиска. В ней объединены в единую методическую схему объектово-установочный, информационно-накопительный, верифицирующе-проверочный, аналитический и процессуально-интегративный уровни. Предложено реализовать меры по созданию межведомственного цифрового пространства, подготовке специалистов по OSINT-аналитике и цифровой криминалистике, совершенствованию ведомственных регламентов и стандартов документирования.
Введение. Проникновение в жилище традиционно трактуется как физическое пересечение его границ. Однако развитие технологий существенно расширило определение данного понятия. Современные приборы наблюдения, обладающие возможностью получения информации на расстоянии, без физического вторжения, позволяют правоохранительным органам использовать нестандартные формы проникновения в жилище. Оперативные подразделения органов внутренних дел располагают обширным арсеналом методов и средств оперативно-разыскной деятельности и успешно применяют их в борьбе с преступностью. Это относится и к оперативно-разыскным мероприятиям, требующим судебного санкционирования в зависимости от места их проведения. В контексте исследования, результаты которого представлены в статье, использование специальных технических средств в ходе таких мероприятий, как наблюдение и обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, включая жилища, рассматривается как техническое проникновение.
Методы. Методологическую основу исследования составили диалектический метод познания окружающей действительности и системный подход. Кроме того, был востребован комплекс научных методов, в том числе описание, классификация, обобщение.
Результаты. Юридическая литература проанализирована с позиций конституционных гарантий неприкосновенности жилища. Особое внимание автором уделено необходимости нормативно-правового закрепления терминологии, связанной с применением сотрудниками оперативных подразделений специальных технических средств. Речь идет прежде всего о термине «техническое проникновение». Его предлагается использовать в ситуациях, когда проникновение в жилище при проведении оперативно-разыскных мероприятий осуществляется при помощи технических средств. Реализация данного предложения потребует внесения изменений в ч. 2 ст. 8 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», посвященную условиям проведения оперативно-разыскных мероприятий. Это будет способствовать совершенствованию правового механизма реализации предоставленных органам внутренних дел прав.