На основании архивных и опубликованных документов на фоне борьбы Российского государства с Крымским ханством исследуется история вхождения опустошенной татарами территории современного Центрального Черноземья в состав России, анализируется ход заселения края в XVI в.
Для научных работников, студентов, краеведов и всех интересующихся историей России.
В предыдущем томе я уже отмечал одну черту моего современника, которая, вероятно, и без моего подчеркивания бросалась в глаза читателю. Черта эта, думаю, была присуща не одному мне, а всему моему поколению: мы создавали предвзятые общие представления, сквозь призму которых рассматривали действительность. У меня, может быть, эта черта сказывалась резче, чем у других, вследствие сильно развитого воображения и раннего чтения.
В этот период перед нами стоял такой общий и загадочный образ народа — «сфинкс», о котором в одном из стихотворений в прозе говорил Тургенев. Он манил воображение, мы стремились разгадать его. Я говорил во втором томе, как он представлялся мне во время первой моей ссылки, на лесных дорогах вологодского тракта: благодушный богатырь, сильный и кроткий, но несколько золотушного типа и со следами изнурения.
Новый этап мирового развития. Октябрь семнадцатого года оказал огромное воздействие на ход и характер мирового развития в XX в.
После падения царизма в России первоочередной проблемой стал поиск путей выхода страны из глубокого общественного кризиса, удовлетворения народных требований — мира, хлеба, передачи крестьянам земли, рабочим — фабрик и заводов, власти — Советам, предоставления каждой нации права на свободное развитие.
Нижеследующую часть моего труда я могу начать теми же словами, которые многие писатели предпосылали целым сочинениям: я приступаю к описанию самой замечательной из войн всех времен 1 — войны карфагенян под начальством Ганнибала с римским народом 2. (2) Никогда еще не сражались между собою более могущественные государства и народы, никогда сражающиеся не стояли на более высокой ступени развития своих сил и своего могущества.
Не могли они пускать в ход неведомые противникам приемы военного искусства, так как обе стороны познакомились одна с другой в Первую Пуническую войну 3; а до какой степени было изменчиво счастье войны и непостоянен исход сражений, видно уже из того, что гибель была наиболее близка именно к тем, которые вышли победителями 4. (3) Но ненависть, с которой они сражались, была едва ли не выше самих сил: римляне были возмущены дерзостью побежденных, по собственному почину подымавших оружие против победителей; пунийцы — надменностью и жадностью, с которой победители, по их мнению, злоупотребляли своей властью над побежденными.
В книге собраны очерки, расположенные в хронологической последовательности, о вечных вопросах нашего прошлого и грядущего. Открывает ее исследование о том, своеродны ли русская духовность и государственность или они продолжают традиции язычества и ветхозаветной религии.
Затем следуют жития русских праведников, сказание о чудотворной иконе и московском Даниловом монастыре. Здесь есть очерки о восшествии на престол Анны Иоанновны, о первой российской поэтессе императрице Елизавете, писателях прошлого столетия К. Батюшкове, Н. Гоголе, А. Чехове и нынешнего века — А. Ремизове, К. Мочульском, И. Ильине, В. Набокове, И. Одоевцевой.
Завершает книгу обозрение творческого и жизненного пути Александра Солженицына.
Отец Николая Алексеевича Заболоцкого был земским агрономом. Алексей Агафонович служил близ Казани на сельскохозяйственных фермах, затем в селе Сернур (ныне это территория Марийской АССР, районный центр). После революции отец будущего поэта заведовал фермой-совхозом в уездном городе Уржуме, где Николай Заболоцкий получил среднее образование. Детство его, отчий дом, Уржум, красоты вятской природы запечатлелись в нем на всю жизнь и многое в ней определили.
«Мои первые неизгладимые впечатления природы связаны с этими местами. Вдоволь наслушался я там соловьев, вдоволь насмотрелся закатов и всей целомудренной прелести растительного мира. Свою сознательную жизнь я почти полностью прожил в больших городах, но чудесная природа Сернура никогда не умирала в моей душе и отобразилась во многих моих стихотворениях»,— пишет Заболоцкий в «Ранних годах».
В брошюре раскрываются неизвестные страницы участия сына болгарского народа, профессионального революционера, известного советского дипломата, члена ЦК РКП(б) Христиана Георгиевича Раковского в антисталинской оппозиции.
Соратник Ленина, личный друг Троцкого, яростный противник Сталина — этот удивительный человек не согнулся перед генсеком и достоин памяти наших современников. На основе новых источников автор рассказывает о его жизни и борьбе во время сталинской ссылки (1928—1934 гг.), открывает читателю правду о расправе Сталина над Раковским.
Брошюра рассчитана на лекторов, преподавателей и слушателей народных университетов, партийных работников.
Нынешняя жизнь каждого из нас полна стремления найти выход из реальных, все раздирающих противоречий, одновременно отмечена поиском ответов на вечные вопросы, обращением к духовному опыту древнего востока, секретам и тайнам мастеров будо.
Наш читатель, разумеется, занят не абсурдным противопоставлением восточных канонов «пустоты» и «недеяния» принципам «массовой» физкультуры и спорта, а стремлением понять, что без глубоких философских и духовных основ любое дело заведомо обречено.
Мало въ исторіи найдется примѣровъ, когда бы новый государь вступилъ на престолъ при такихъ крайне печальныхъ обстоятельствахъ, при какихъ избранъ былъ шестнадцатилѣтній Михаилъ Ѳедоровичъ. Съ двумя государствами: Польшею и Швеціею, неокончена была война. Оба эти государства владѣли окраинами московской державы и выставляли двухъ претендентовъ на московскій престолъ — двухъ соперниковъ новоизбранному царю.
Третьяго соперника ему провозглашала казацкая вольница въ Астрахани въ особѣ малолѣтняго сына Марины, и Заруцкій во имя его затѣвалъ двинуть турокъ и татаръ на окончательное разореніе московскаго государства. Ожидали было еще соперника царю и въ габсбургскомъ домѣ. Въ 1612 году цезарскій посланникъ Юсуфъ, проѣзжая черезъ московское государство изъ Персіи, видѣлся въ Ярославлѣ съ Пожарскимъ, и, услышавши отъ него жалобы на бѣдственное состояніе московскаго государства, замѣтилъ, что хорошо было бы, еслибы московскіе люди пожелали избрать на престолъ цезарскаго брата Максимиліана.
Нынешняя жизнь каждого из нас полна стремления найти выход из реальных, все раздирающих противоречий, одновременно отмечена поиском ответов на вечные вопросы, обращением к духовному опыту древнего востока, секретам и тайнам мастеров будо.
Наш читатель, разумеется, занят не абсурдным противопоставлением восточных канонов «пустоты» и «недеяния» принципам «массовой» физкультуры и спорта, а стремлением понять, что без глубоких философских и духовных основ любое дело заведомо обречено.