Статья: Нарушения прав получателей социальных услуг в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия в психоневрологических интернатах (2026)

Статья посвящена анализу интерпретации категории достоинства личности в решениях Верховного суда США по делам, связанным с правом на смерть. Предпринята попытка выявить концептуальные основания, на которых Суд выстраивает аргументацию в делах о прекращении жизнеобеспечения и медицинской помощи при самоубийстве, а также оценить баланс между личной автономией и государственными интересами. Особое внимание уделено анализу решений по делам Cruzan v. Director, Missouri Department of Health, Washington v. Glucksberg, Vacco v. Quill, в которых Суд формулирует ключевые позиции по рассматриваемой проблематике. Выявлено, что Суд последовательно отказывается от признания права на смерть в качестве конституционного, предпочитая передавать решение соответствующих вопросов на уровень законодательства штатов. При этом достоинство личности трактуется им не как автономный правовой принцип, а как производное от других конституционных гарантий, прежде всего права на частную жизнь. Подчеркивается, что подход Суда к праву на смерть основан на институциональной сдержанности и уважении к плюралистическим представлениям о достоинстве, что отражает фундаментальное противоречие между личной автономией и коллективными ценностями в либеральной демократии. Результаты и выводы работы могут быть использованы для развития доктрины прав человека в сфере права на смерть. Новизна исследования — в анализе категории достоинства в контексте американского конституционного права с опорой на судебную практику.

В статье рассматриваются новеллы Федерального закона от 20.03.2025 № 33-ФЗ в части регулирования процедур непосредственной демократии на уровне местного самоуправления. Сформированы некоторые вытекающие из этих законодательных изменений обобщения, характеризующие очередной этап развития местной прямой демократии: сокращение общего разнообразия ее форм, сужение пространства для применения императивных форм, смешение и гибридизация регулирования разных форм непосредственной демократии, невыразительность потенциала цифровизации процессов участия населения в выработке и принятии решений на этом уровне публичной власти. В указанном Законе нельзя признать решенными прежние проблемы концептуальной основы местной непосредственной демократии. Например, стало еще меньше четкости в разграничении императивных и консультативных ее форм. Так и не появилась внятная концепция соотношения форм сугубо непосредственной демократии и прочих, где к прямому народному волеизъявлению примешиваются дополнительные стадии и процедуры, делая соответствующие механизмы не вполне непосредственными. Именно их Федеральный закон от 28.08.1995 № 154-ФЗ именовал «иными формами участия населения в осуществлении местного самоуправления». Ставится вопрос о необходимости поиска таких научных доводов, которые после утверждения в результате конституционной реформы 2020 г. концепции единой системы публичной власти могли бы побудить законодателя к развитию форм инициативной местной самоорганизации граждан на поселенческом уровне.

В статье исследуются правовые аспекты обеспечения технологического суверенитета и технологического лидерства в энергетической сфере. Рассматриваются правовое наполнение и нормативно-правовое регулирование данных понятий. Обосновывается их связь с концепцией энергетической безопасности. Анализируются ключевые направления технологического суверенитета и технологического лидерства в энергетике, а также особенности правовых механизмов их обеспечения. Правовое содержание этих понятий раскрывается на основе анализа законодательно закрепленных механизмов их реализации, в том числе механизмов, предусматриваемых законодательством о национальной безопасности и критических инфраструктурах; разрешительных механизмов, подразумевающих определенные требования к энергетическому оборудованию, финансовое и налоговое стимулирование. Кроме того, уделяется внимание особенностям правовых механизмов, ориентированных на цифровую трансформацию ТЭК, которая воспринимается как важнейшая составляющая обеспечения технологического суверенитета и технологического лидерства.

Исследуя методологические и теоретические аспекты определения места корпоративного права в правовых системах Российской Федерации и Республики Казахстан, автор анализирует подходы к пониманию сущности корпоративного права, его структуры и места в системе права. В работе особое внимание уделяется системному подходу как методологической основе изучения корпоративных отношений. Излагается авторская концепция идеальной модели корпоративного регулирования, базирующаяся на принципах системности, унификации терминологии и методологического единства. Проводится сравнительный анализ правового регулирования корпоративных отношений в России и Казахстане с позиции выработанной теоретической модели. Рассматриваются проблемы отсутствия единой методологической базы в корпоративном праве и предлагаются пути их решения. Делается вывод о необходимости формирования единых системных методологических основ корпоративного права для эффективного правового регулирования корпоративных отношений в рамках евразийской экономической интеграции.

Судебные экспертизы, задачей которых является обоснование (проектирование) размеров и конфигурации земельных участков под зданиями или сооружениями, выполняются в рамках судебных земельных споров, связанных с предоставлением, уточнением или разделом таких участков. В статье рассмотрен вопрос о том, в каких случаях обозначенную задачу должен решать эксперт строительно-технического, а в каких — землеустроительного профиля. Кроме того, дается общая характеристика этого вида исследований: обобщаются объект, предмет и задачи, алгоритм их проведения. Внимание уделено двум подходам, которыми эксперт может руководствоваться при ответе на вопрос суда: расчетному (проектировочному) и эксплуатационному. В контексте последнего также анализируются три направления осуществления экспертного исследования: исходя из отступов, процента застройки и фактической эксплуатации. Автор делает вывод, что в экспертизе для обеспечения полноты исследования необходимо представлять варианты, подготовленные с использованием всех этих направлений.

Статья затрагивает важную тему гуманизма в уголовном праве, подчеркивая его роль как базового принципа современного правового и социального государства. Гуманизм рассматривается не просто как инструмент для достижения определенных целей, а как фундаментальная ценность, определяющая направленность общественного развития. Автор акцентирует внимание на том, что гуманизм включает уважение к правам человека и признание его центральной фигурой в социальной жизни. Исследование показывает, что гуманизм в уголовном праве не означает снисходительность к преступлениям или слабость государственной власти. Напротив, внедрение гуманистических принципов способствует укреплению законности и снижению риска незаконного применения силы. Это достигается путем повышения уровня доверия общества к правоохранительным органам и усиления чувства справедливости среди граждан. Автор подчеркивает важность интеграции гуманистических ценностей в уголовное право, поскольку это не только повышает доверие граждан к государству, но и создает условия для устойчивого и гармоничного развития общества. Результаты работы подтверждают, что гуманизм является необходимым фактором для формирования эффективного и справедливого правопорядка.

Действующее законодательство закрепляет за Верховным Судом РФ право давать на основе анализа и обобщения судебной практики разъяснения с целью обеспечения единообразного его применения. Данные разъяснения регулярно выходят в форме постановлений Пленума Верховного Суда РФ о судебной практике по делам о той или иной группе преступлений или отдельных преступлениях. Обязательный характер таких разъяснений фактически признается как правоприменителями, так и правоведамиисследователями, однако законодательно он нигде не закреплен. В статье показано, что разъяснения Пленума Верховного Суда РФ не всегда учитываются в судебной практике по уголовным делам, поэтому о ее единообразии говорить не приходится. По мнению автора, такое положение нельзя считать нормальным, поскольку в России есть только один уголовный закон (Уголовный кодекс), стало быть, и практика его применения должна быть единой (исключение, пожалуй, составляет практика применения уголовно-правовых норм, содержащих признак причинения имущественного ущерба, размер которого не может быть единым с учетом различий в экономическом положении российских регионов). Исходя из этого, автор предлагает законодательно закрепить обязательный характер постановлений Пленума Верховного Суда РФ, невыполнение которых должно быть признано самостоятельным основанием отмены решений нижестоящих судов по уголовным делам.

Современные достижения в области биомедицинских технологий, в частности разработка эмбриональных моделей (искусственных эмбрионов, синтетических эмбрионов или эмбриоидов), ставят перед правовой системой Российской Федерации новые сложные вызовы. Эмбриональные модели — искусственно созданные клеточные структуры, имитирующие ранние стадии эмбрионального развития. Они открывают перспективы для регенеративной медицины, фармакологических исследований, изучения врожденных и наследственных заболеваний. Актуальность исследования обусловлена стремительным ростом технологий создания эмбриональных моделей в мире при отсутствии четких правовых рамок, равно как и определения. В статье проводится комплексный анализ зарубежного и российского законодательства, выявляются пробелы правового регулирования и формулируются предложения по совершенствованию нормативной базы. Автор также затрагивает вопрос о соотношении теории репродуктивных прав и эмбриональных моделей.

В преддверии реформирования института судебного представительства логично будет осветить проблемы его правового регулирования. В качестве исходного тезиса отметим, что имеется значительная свобода в регламентации, отсутствуют унифицированные подходы. Зачастую это связано с многообразием субъектов. Однако в целом проблема обусловлена особенностями метода процессуального права. В научных исследованиях методу права, как правило, не уделяется должного внимания, хотя именно благодаря ему правоотношения выстраиваются определенным образом. Применительно к процессу метод — это совокупность всех аспектов регулирования на пути к достижению цели правосудия. Традиционно в теории процессуального права, обозначая метод регулирования, подчеркивают сочетание в нем императивной и диспозитивной основы. Цивилистический процесс для эффективного применения должен предоставлять его субъектам свободу усмотрения для совершения тех или иных процедур. Однако диспозитивность должна присутствовать в цивилистическом процессе в разумных пределах, соответственно именно его целям и задачам. Так, отсутствие унифицированного подхода к квалификации представителей, порядку оформления отношений и предоставлению полномочий способно оказать негативное влияние на эффективность процессуальной деятельности и достижение цели правосудия. Учитывая особое социальное значение института судебного представительства, полагаем, что современное состояние его правового регулирования демонстрирует избыточность диспозитивных начал.

В статье анализируется особый путь формирования административной юстиции в России, определяемый устойчивой исторической преемственностью правовых институтов. Исследуются причины, по которым, несмотря на проекты М. М. Щербатова и М. М. Сперанского и многочисленные законодательные инициативы, в стране не была создана самостоятельная система административных судов. Показано, что сложившаяся еще в дореволюционный период и получившая развитие в советское время модель интегрировала функцию контроля за исполнительной властью в систему общих судов. Эта устойчивая традиция предопределила постепенный характер преобразований и отсутствие радикальных институциональных изменений. Ключевым результатом данного процесса стало принятие в 2015 г. КАС РФ, которое обозначило переход к углубленной процессуальной регламентации при сохранении общепринятой судебной системы, что отражает специфику российской модели судебного контроля за государственным управлением.

Статья посвящена обзорному исследованию элементов финансовой правосубъектности аудиторских организаций. В работе отмечается, что участие аудиторских организаций в общественных отношениях, имеющих финансово-правовую природу, предопределяет их двойственную финансовую правосубъектность, обусловленную сочетанием публичных и частных интересов. Автор подчеркивает, что публичный, финансово-правовой характер отношений, складывающихся в процессе деятельности аудиторских организаций, должен определяться ее целевым и функциональным предназначением. В зависимости от объема правосубъектности среди аудиторских организаций следует выделить собственно аудиторские организации, аудиторские организации, оказывающие аудиторские услуги общественно значимым организациям, и аудиторские организации на финансовом рынке. Сделан вывод о том, что деятельность аудиторских организаций имеет финансово-правовую природу, а публичные элементы, лежащие в основе правосубъектности аудиторских организаций, позволяют относить указанных лиц к субъектам финансового права.

В статье исследуется динамика развития финансового и межбанковского сотрудничества на уровне БРИКС применительно к роли Нового банка развития. В последние годы влияние БРИКС значительно расширилось за счет включения новых стран и совершенствования финансовых механизмов. Отмечается важность инициативы по внедрению расчетов в национальных валютах для повышения экономической независимости государств-участников, что активно поддерживается в рамках Механизма межбанковского сотрудничества БРИКС и способствует развитию трансграничных платежных систем. Кроме того, в статье акцентируется внимание на необходимости создания на уровне БРИКС эффективного механизма банковского надзора с участием Нового банка развития. На фоне увеличения количества участников БРИКС как формы межгосударственной интеграции и появления в системе такой интеграции собственной платежной инфраструктуры приобрели особую актуальность институционализация банковского надзора и развитие международного обмена информацией в указанной области.

Статья посвящена особенностям государственного контроля за исполнением коммерческими и некоммерческими организациями властных полномочий, делегированных федеральными органами исполнительной власти, а также вопросам юридической ответственности за их ненадлежащее осуществление. Актуальность темы связана с расширением практики привлечения негосударственных структур к реализации публичных функций при сохранении гарантий защиты прав граждан и законных интересов юридических лиц как участников гражданского оборота. В работе изучены формы внешнего и внутреннего контроля, структура имущественной, административной и дисциплинарной ответственности исполнителей. Отдельный блок исследования посвящен разграничению полномочий федеральных органов исполнительной власти по организационному обеспечению исполнения делегированных функций и полномочий по проверке соблюдения обязательных требований, реагированию на нарушения и пересмотру принятых негосударственными исполнителями решений. Сформулированы выводы о многоуровневой структуре контроля в рассматриваемой сфере, а также о комплексной природе ответственности организаций, наделенных властными полномочиями.

Статья посвящена анализу обеспечительного механизма, предусмотренного статьей 13.5 Федерального закона «О противодействии коррупции», который позволяет изменять основание и формулировку увольнения государственных и муниципальных служащих, совершивших дисциплинарные коррупционные правонарушения, уже после увольнения их со службы. Автором на основе анализа судебной практики выявляется проблема, связанная с тем, что инициирование такого изменения возможно только при условии назначения антикоррупционной проверки до увольнения служащего. На практике это нередко приводит к ситуациям, когда представитель нанимателя, стремясь скрыть инцидент, немедленно удовлетворяет заявление подчиненного, не инициируя проверку, что делает рассматриваемый механизм бесполезным. Еще одной проблемой является процессуальная неопределенность в вопросе участия бывшего работодателя в судебном заседании. Предлагается законодательно расширить полномочия прокуратуры, предоставив ей право обращаться в суд в тех случаях, когда достаточные основания для проверки имелись, но она не была назначена. Для этого необходимо закрепить обязанность должностных лиц информировать прокуратуру о подобных ситуациях. Требуется также четко регламентировать обязательное привлечение бывшего работодателя к участию в процессе в качестве заинтересованного лица для обеспечения объективности рассмотрения дела.

В статье рассматривается, как в конституциях других государств применяется принцип доверия, проводятся параллели с российским законодательством. Акцентируется внимание на ст. 75.1 Конституции РФ, которая конституционализировала взаимное доверие как ценность и цель взаимодействия государства и общества, тем самым выведя вопрос доверия на качественно новый уровень. Изучаются позиции зарубежных авторов по теме доверия. Делается попытка сформулировать определение правового доверия. Правовое доверие рассматривается в качестве нематериального актива демократического государства. Делается акцент на его деперсонализированном характере. Даются рекомендации по укреплению уровня правового и взаимного доверия. Делается вывод, что повышение уровня доверия граждан к деятельности государства возможно только через тесное взаимодействие государства с институтами гражданского общества. Единые, стабильные, понятные, прозрачные правила игры могли бы стать панацеей в сложном и долгом пути выстраивания баланса взаимного доверия, без тенденции к перевешиванию в сторону любой абсолютизации. Доверие не заменяет контроль, но и не существует без его рамок. В статье рассматриваются законодательные акты, направленные на создание условий, облегчающих контроль (мониторинг) за действиями и бездействием каждого, на примере зарубежного законодательства в цифровой сфере. Подчеркнута важность соблюдения целесообразности и правила золотой середины в нормотворческой деятельности.

В статье проведен историко-правовой анализ развития антимонопольного регулирования предпринимательских объединений в дореволюционной России, охватывающий период XIX — начала XX в. и основанный на изучении нормативных правовых источников, включая различные редакции актов уголовного и гражданского законодательства Российской империи. Основное внимание уделяется выявлению системного противоречия между формальными запретительными нормами и объективной экономической необходимостью производственной кооперации. Анализ показывает, что двойственная позиция государственных органов, выражавшаяся в фактическом признании синдикатов при сохранении общего запрета на ограничение конкуренции, создала устойчивую правовую неопределенность, причем судебная практика последовательно отказывала в защите картельных договоров, ссылаясь на противоречие их основам правопорядка. Данная правовая коллизия обусловила становление синдикатов как компромиссной организационно-правовой формы, сочетающей элементы корпоративного и договорного права. На основе научного наследия ведущих российских правоведов реконструированы теоретические предложения по разработке дифференцированного подхода к оценке ограничительных соглашений и сформулирован вывод о практической значимости исторического опыта для современного антимонопольного регулирования. Внимание акцентируется также на регулировании цифровых экосистем как новой формы экономической координации. Для них сохраняют актуальность механизмы контроля, предложенные дореволюционными правоведами, и правило разумности, учитывающее экономическую целесообразность и реальное воздействие соглашений на конкурентную среду.