Статья: СОЗДАНИЕ ОТКРЫТОГО МЕЖДИСЦИПЛИНАРНОГО КЛАССИФИКАТОРА СОЦИОГУМАНИТАРНЫХ ЦЕННОСТЕЙ С ПОМОЩЬЮ АННОТИРОВАНИЯ МУЛЬТИФРАГМЕНТОВ (2025)

В настоящий момент роль Европейского Союза как международного актора становится все более значимой. В свете этого обсуждение суверенитета и его влияния на формирование европейской политики приобретает особую актуальность. Необходимо учитывать, что изменения в дискурсе о суверенитете могут иметь долгосрочные последствия для будущего Евросоюза и его позиции на мировой арене. Вопрос суверенитета является крайне важной темой в дискурсе Европейского Союза. Исходя из социогеографического подхода к изучению суверенитета, можно предположить, что Евросоюз способен с помощью дискурса придавать смысл европейскому суверенитету. Крайне важным представляется указать на эволюцию дискурса о европейском суверенитете с течением времени: с 2016 г. по начало 2023 г. Эволюция концепций «стратегической автономии» и «стратегического суверенитета» протекала под влиянием множества факторов, в том числе и двух кризисов - внутреннего (Брекзит) и внешнего (Украинский кризис). Брекзит и Украинский кризис оказали значительное воздействие на эволюцию дискурса о европейском суверенитете. Эти события выявили слабые и спорные моменты в идее европейского суверенитета и подчеркнули необходимость укрепления политической и экономической независимости ЕС. Важно продолжать анализировать эти процессы и их влияние на формирование единой парадигмы по выстраиванию и укреплению европейского суверенитета. В работе исследуется влияние Брекзита и Украинского кризиса на развертывание дискурса о европейском суверенитете. Автор приходит к выводу о том, что Брекзит оказал малое влияние на непосредственно идею суверенитета Европы, в то время как Украинский кризис активизировал дискурс о европейском суверенитете как концепте, направленном в первую очередь на защиту и безопасность Евросоюза.

Усиление внешнего миграционного давления, приток беженцев из кризисных регионов и увеличение численности выходцев из семей с так называемой миграционной историей, изменения в структуре населения актуализируют задачу оптимизации в современной Германии политики в сфере миграции, включая усовершенствование интеграционных механизмов. В данном контексте интерес представляет культура как значимый канал, который обладает коммуникативной и интегративной функцией, способствует социализации вновь прибывших, преодолению стереотипного мышления, поэтапному выстраиванию равноправного диалога, и соответственно, сокращению «дистанции» с коренным населением. Исследовательский вопрос публикации предполагает определить основные приоритеты и элементы государственной политики в сфере интеграции посредством культуры и оценить ее эффективность. Анализируются возможности практического участия мигрантов в культурной жизни государства в целях повышения шансов на их успешную адаптацию к особенностям принимающего социума. Внимание уделяется используемому на федеральном и региональном уровнях практическому инструментарию, в первую очередь социокультурным программам и инициативам, направленным на организацию культурной жизни Германии, способствующим межкультурной коммуникации и формированию общества равных возможностей. Научная новизна исследования заключается в том, что в нем предпринята попытка осветить специфику интеграционной политики в Германии при помощи культуры, верифицировать наиболее перспективные виды и жанры искусства (театр, музыка, литература и др.) с точки зрения имеющихся для мигрантов возможностей представить местной общественности результаты своего творчества. Для этого автор использует аутентичные материалы и источники, к которым ранее не обращались отечественные специалисты.

В статье анализируются институциональные формы международной власти Японии в экономической сфере в Центральной Азии в контексте усиления конкурентных и кооперационных процессов между великими и средними державами. Авторы на основе макросоциологического подхода структурируют экономические формы международной власти Японии, действующие в отношении со странами Центральной Азии. В работе проводится функциональный анализ социального влияния, которое формируется при взаимодействии между представителями Японии и Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана на индивидуальном, групповом и массовом уровнях. Показано, что японской стороне удается реализовывать инклюзивные подходы, налаживая различные формы взаимодействия с государствами региона в экономической сфере. Деятельность Токио в ЦА сочетает в себе широкий спектр институциональных форм международной власти в экономике, предлагая различные типы влияния: от авторитарного до диффузного, от экстенсивного до интенсивного и от делового до коммунального. Японская сторона через социальную практику правительственных организаций, таких как JICA, JETRO, JITCO, создает позитивные условия для пересечения и наложения социальных связей экономических и политических институциональных форм международной власти Японии, что авторы определяют как интерстициальный эффект в отношениях со странами ЦА. Происходит приватизация внешней политики Японии в ЦА под действием частного сектора в лице РОТОБО, которому удается интегрировать проектную деятельность во все поры экономических и политических взаимодействий в регионе для увеличения влияния сил торговли и капитала. Управленческая сеть РОТОБО, сочетающая японские правительственные и частные структуры, является социальной практикой для формирования интерстициального эффекта, что обеспечивает стабильные и самодостаточные условия для развития отношений между Японией и странами ЦА. Таким образом, Япония сформировала особый характер межгосударственного взаимодействия со странами ЦА, которое находится в стороне от нарастающей политической конфронтации между крупными внерегиональными акторами и дает японской стороне потенциал стать одним из главных бенефициаров многовекторной стратегии государств Центральной Азии.

В статье рассматривается влияние решений XX съезда КПСС на международное коммунистическое движение. Объективно выводы XX съезда КПСС вполне соответствовали реалиям мирового развития, но они не были приняты многими коммунистами, так как руководство КПСС пыталось проводить новую политику старыми бюрократическими методами без каких-либо дискуссий в обществе и даже в самих компартиях. Имели место и неготовность значительной части коммунистов к столь существенному повороту в политике, и различия в отношении компартий к критике
И. Сталина и оценке международного положения. События в Венгрии в октябре - ноябре 1956 г. резко усилили уже имевшиеся разногласия и привели к серьезному кризису в международном коммунистическом движении. Непоследовательность изменений в международном коммунистическом движении прежде всего проявилась в организационной сфере - попытка замена культа личности культом коллективного руководства не была доведена до конца, внутренняя борьба в руководстве компартий обострилась и отчуждение между руководством и обычными членами компартий возросло. Значительно усилилась идейно-политическая дифференциация. Но если идеи ревизионизма были распространены в основном среди партийной интеллигенции, то социальная база догматиков была значительно шире - основная часть партийного аппарата, выходцы из низших и малообразованных слоев населения и др. В этих условиях различия в стратегиях ряда компартий стали увеличиваться, а элементы национализма проявляться более очевидно. Усилились и дезинтеграционные процессы в международном коммунистическом движении. Разногласия с Югославией сохранились, КПК все более явно начала претендовать на лидирующую роль, особую позицию стали занимать и некоторые другие компартии. Проведение Международного совещания компартий в ноябре 1957 г. стало успехом КПСС, но временным, так как замедлило, но не остановило развитие негативных тенденций.