Статья: ВОПРОС О ЗЕМСКОМ САМОУПРАВЛЕНИИ В ПОЛИТИКЕ И ГОСУДАРСТВЕННОМ СТРОИТЕЛЬСТВЕ ЮЖНОРУССКОГО БЕЛОГО ДВИЖЕНИЯ (1918-1919 ГОДЫ) (2024)

В данной статье рассматриваются вопросы становления системы законодательства Эстонской Республики (1918-1940). Автор статьи исследует предпосылки становления законодательства, которые были заложены еще в период Эстляндской губернии Российской империи. В процессе создания Остзейского законодательства активно принимали участие немцы (в частности, Ф.Г. Фон-Бунге), в связи с этим автор делает вывод о немецком влиянии на систему эстонского законодательства, которое имеет черты романо-германской правовой семьи. В статье дается обзор основных правовых источников, действовавших в Эстонии до 1940 г. Показано, что значительное влияние на систему законодательства Эстонии оказали источники права Российской империи. При этом активно принимаются отдельные нормативные акты национальным парламентом. В статье делается вывод о том, что система законодательства Эстонской Республики начала складываться, по нашему мнению, в 1918 г. с момента провозглашения ее государственной независимости. Важными актами, послужившими началом ее развития, стали Манифест ко всем народам Эстонии 1918 г., Конституция Эстонии 1920 г., а также Тартуский мирный договор между Россией и Эстонией, который, в том числе, подчеркивает государственный суверенитет и отсутствие взаимных претензий между двумя государствами.

В статье рассмотрена трансформация нормативного правового регулирования промысловой кооперации в Российской империи до 1917 г. В статье промысловая кооперация рассматривается как отдельный подвид производственной кооперации, с особым юридическим статусом. Показано, что прототипом промыслового кооперативного товарищества с трудовым участием, появившимся в середине XIX века, являлась исконно русская форма хозяйствования - артельное товарищество. Признаки трудового товарищества в течении XVII - XIX веков постоянно трансформировались, однако, законодательно по Положению «О об артелях трудовых» от 01 июня 1902 г. трудовому товариществу были присущи следующие признаки: 1) добровольность участия; 2) «вкупное» членство; 3) круговая порука; 3) самостоятельность в управлении; 4) учредительное начало на основе Устава или договора; 5) цель деятельности - производство работ и улучшение условия труда членов, а не извлечение прибыли. Отмечено, что артельное трудовое товарищество товарищество по своей правовой сущности являлось юридическим лицом, с присущими ему правами. Показано, что кооперативное законодательство, детально регулировавшее деятельность производственных кооперативов до 1913 г. затронуло лишь трудовую артель, а, сырьевые, складочные, подсобные товарищества, которые, также, относились к промысловой кооперации, так и не получили в Положении 1904 г. законодательного закрепления.

В статье проводится конкретно исторический анализ становления советской прокуратуры как органа обеспечившего революционную, а затем социалистическую законность и как органа диктатуры пролетариата, как органа построения правового режима призванного осуществлять три основных функции диктатуры пролетариата: правоохранительную, воспитательную (идеологическую) и созидательную. Делается вывод, что в основе деятельности советской прокуратуры был заложен не абстрактный принцип верховенства права, а конкретно историческая революционная законность и конкретно историческая диктатура пролетариата. Последнее обстоятельство отводило прокуратуре роль средства в осуществлении социально-экономических преобразований. Рассматриваются проблемы взаимодействия прокуратуры с центральными, региональными и местными органами публичной власти, проблемы взаимодействия прокуратуры Верховного суда СССР и руководства союзных республик. Раскрывается роль советской прокуратуры в социально-экономических преобразованиях общества и централизации государственного аппарата.

Исследование особенностей статуса лиц, ограниченных в осуществлении своих политических прав, важно для характеристики структуры общества в СССР (1920-1930). Установлено, что специфика правового положения граждан, поражённых в избирательных правах, позволяет составить представление о практике применения инструментов внутренней политики государства, нацеленных на обеспечение поддержки власти со стороны общества за указанный период. Определено, что в СССР в данные годы функционировало несколько механизмов ограничения и лишения прав (включая раскулачивание и политические репрессии). Выявлены отличительные черты процедуры лишения избирательных прав. В работе представлена характеристика правового положения лиц, лишенных избирательных прав. Делается вывод о том, что для укрепления своих позиции у значительной части общества, сохранения своей легитимности в условиях внешнеполитических и внутриполитических трудностей, было лишение избирательных прав - поражение в отдельных избирательных правах для лиц, действия которых объявлялись посягательством на интересы государства и существующий политический строй.

В статье анализируется созданный в Российской империи в 1754 г. словесный суд. В качестве судебного органа, предшествующего словесным судам органа, но не его разновидности, рассматриваются таможенные суды, созданные сенатским указом от 1 февраля 1726 г. Прослеживается эволюция законодательства, регламентирующего организацию и деятельность словесных судов в России. Делает вывод, что с позиции соотнесения словесного суда с моделями судов с народным представительством он является вариантом модели суда шеффенов. При этом от классической модели суда шеффенов его отличает отсутствие в составе судейской коллегии профессиональных судей - все члены словесного суда, включая самого судью, были выборными. Выделяются такие специфические черты словесного суда как устность и быстрота рассмотрения дел, сословность и медиационный характер. Обращается внимание на то, что упразднение словесных судов в Российской империи происходило не одномоментно, а в разных губерниях в разное время по мере территориального распространения действия Судебных уставов 1864 г.

Статья исследует правосознание древних греков сквозь призму их представлений о законах и обычаях войны. Автор, анализируя свидетельства античных авторов, утверждает, что в Древней Греции сложились достаточно развитые представления о правилах ведения войны, выраженные в ее законах и обычаях. Их основными источниками являлись нормы обычного и религиозного права и, лишь в очень незначительной степени, нормы писанного права. Последовательно рассматривая наиболее важные законы и обычаи войны (обращение с пленными, сложившими оружие и просящими о пощаде, мирным населением, телами павших, религиозными объектами, послами и переговорщиками и другие) автор приходит к выводу, что несмотря, на то, что греки признавали их справедливость и божественный характер, они часто нарушались, вследствие отсутствия эффективного механизма их исполнения, противоречий норм обычного права.

Биографический методологический подход является важным познавательным инструментом, благодаря которому определяется роль личности ученого в истории формирования, функционирования и развития российской науки истории политических и правовых учений. Данный подход используется в целях объяснения влияния субъективно-личностных факторов на процессы познания учений о государстве и праве, являющихся неотъемлемой частью социокультурной среды общества. В статье обосновывается значимость и актуальность исследования биографического методологического подхода на теоретическом уровне, подчеркивается междисциплинарность данного подхода, а именно возможность заимствования наукой истории правовых и политических учений методологических инструментов исторической науки.

В статье представлены результаты анализа ряда отечественных изданий XIX - начала XX вв., которые полностью или частично посвящены истории полиции в России. Можно выделить три вида публикаций. К первым относятся затрагивающие проблемы той или иной сферы деятельности (административного управления, судебной) и содержащие разделы, посвященные истории полиции как деятельности, связанной с предметом изучения. Ко вторым - результаты научных исследований в области полицейского права, где разделы по истории полиции служат элементом понимания развития соответствующего законодательства и полицейских учреждений. Третьи являются публикацией результатов работы комиссий по подготовке преобразований полиции. Применительно к каждому из выбранных для анализа изданий раскрывается кратко структура, наиболее значимые, представляющие научный интерес мнения авторов по вопросам хронологии истории полиции, содержания этапов ее развития. Особое значение имеет представленный в трудах анализ недостатков в деятельности полиции, хода подготовки и реализации ее преобразований. Отражены особенности видения сущности, места полицейских органов в системе обеспечения общественных потребностей, государственного регулирования. Предлагается основанное на результатах исследования видение сильных и слабых сторон изученных публикаций. В заключении предлагаются выводы о значении данных изданий для современного исследователя истории отечественной полиции.

Гражданский кодекс РСФСР 1922 года и Декрет о трестах 1923 года во многих своих положениях определяли новые правоотношения, соответствующие новой общественно-экономической формации социалистического типа. Новации гражданского, в том числе промышленного законодательства, соответствующая практика правоприменения стали предметом пристального внимания советских правоведов. Например, в 1922 году впервые в гражданское законодательство России, а именно в Гражданский кодекс РСФСР, был введен институт юридических лиц. О государственных предприятиях - юридических лицах писали С.В. Александровский, А.Г. Гойхбарг, Б.С. Мартынов, А.А. Никонов, Л.И. Поволоцкий, Е.А. Флейшиц, В.Н. Шретер и др. Данная тема активно обсуждалась представителями органов власти, юристами-учеными, юристами-практиками. Одной из значимых работ того периода является труд А.В. Венедиктова «Организационная структура государственных предприятий» (1928), обозначивший проблемы, связанные с трестами как государственными предприятиями. Анализ авторских теоретических выкладок и нормативных правовых актов того периода приводит к выводам о направленности научной мысли А.В. Венедиктова на объяснение проблем соотношения «государственно-хозяйственной» и «гражданско-правовой» природы трестов, внутренних и внешних отношений треста в системе управленческих и производственных отношений, признания субъектами права собственности государства и треста, признания единой государственной собственности и ее разделения по производственным центрам. Встречающиеся противоречивые и не вполне обоснованные утверждения, как представляется, связаны с тем, что к концу 20-х годов не сложилось четкое представление в юридической науке о наполнении статуса субъекта права, о системе отраслей права и о предмете отдельных отраслей права, об особенностях организационно-технических отношений.